Русский язык в школе, или Основа основ

русский языка

Где русский язык в нашем сознании превращается из инструмента общения в предмет уважения и даже некоторой опаски перед его масштабом? Конечно же, в школе. Уроки русского языка — базис нашего школьного образования. Увы, в последние годы привычная незыблемость этого предмета оказалась нарушенной

Сколько о проблемах ни говори…

Практически любой разговор о школе скатывается к обсуждению проблем. Их было много всегда, так будет и впредь. Но все же есть то, что сегодня выходит на первый план.

Количество и качество

Количество уроков русского языка — больная тема для любого словесника. В зависимости от веяний в педагогике, сиюминутных капризов высоких начальников от образования количество уроков то увеличивалось, то сокращалось. К примеру, в конце 80-х в 4-м классе (тогда начальная школа была 3-летней) у ребятишек было в неделю 8 уроков русского языка, из них 2 урока развития речи. Да, сочинения писали каждую неделю! В профильных гимназиях количество уроков русского доходило до 11-ти в неделю. Однако ветры перемен дули без отдыха. Во главе российского образования вставали то физики, то лирики, которые не дрогнувшей рукой выбрасывали одни предметы и вводили другие, перекраивая сетку часов и жизни педагогов.

Сегодня, в 2019 году, в 5-м классе школы с углубленным изучением гуманитарных дисциплин на изучение предмета «Русский язык» отводится 4 урока в неделю, и один урок предназначается для «Родного языка», который в нашем случае тоже русский. Итого 5 часов. В обычной общеобразовательной школе — 4 часа. Чем старше параллель, тем меньше часов. А ссылки чиновников на то, что «можно ведь добрать факультативами», выглядят неприкрытым лицемерием.

— Внеурочная деятельность… Да с радостью! Однако вы только посмотрите на расписание: у 5-го класса везде по 6 уроков! Какой смысл ставить факультатив, занятия на котором ничего не дадут, кроме усталости учеников и отторжения от предмета! — говорит Светлана Леонидовна Гусенкова, учитель высшей категории новосибирской школы № 4, с которой мы беседуем о состоянии преподавания русского языка. — За последние годы предметов стало больше, но школьный СанПиН остался тот же. Ребенка перегружать нельзя. Конечно, некоторые возможности все же есть. Я, являясь руководителем школьного пресс-центра, веду журналистику для части учащихся, и в ходе занятий они продолжают работать с языком. Однако журналистика — это для желающих. А нам важен уровень образования всех школьников, и тут русский язык в числе пострадавших.

Раз учебник, два учебник

Учебники ругали всегда. Помнится, в 90-е наблюдался настоящий разгул всевозможных методик преподавания русского языка, и, соответственно, в глазах рябило от авторских учебников: Л. В. Занков, В. В. Бабайцева, В. Ф. Шаталов. Школьные библиотекари сходили с ума. Огромной проблемой было выстроить линейку учебной литературы от 5-го до того же 9-го класса, так как нередко авторы не доводили до логического завершения ступенчатую структуру учебников. Приходилось на полдороге обращаться совсем к другим учебникам, которые сложно состыковывались с уже пройденным материалом. Оказывается, подобному есть место и сейчас.

— Все зависит от грифа «Допущено» или «Не допущено» на выбранном тобой учебнике. Можно отработать с классом по конкретной авторской линейке несколько лет, а потом приходит информация «Не допущено». Слава богу, что сегодня словеснику оставляют возможность закончить обучение классов по той же линейке, с которой они начинали. Но для других параллелей брать эти учебники уже нельзя. Выбираешь из того, что можно, и, мягко говоря, выпадаешь в осадок, — сокрушается Светлана Гусенкова.

Среди «разрешенных» учебников множество таких, где содержание определяется авторским видением. То материал впору программе профильных вузов, то, не иначе как из желания пооригинальничать, изучение основ грамматики начинается с… глагольных форм и служебных частей речи. Или же в учебнике полностью отсутствуют тренировочные упражнения. Видимо, автор считает, что современные дети с первого взгляда и слова запоминают все правила, потому закреплять знания не надо. Учителя вынуждены брать в работу такие учебники, они ведь уже закуплены! И это, как ни грустно, касается не только русского языка.

В методике отражается время

Изменились страна, социально-экономическая формация, общество и дети. Время вынуждает к изменениям в методике преподавания русского языка. То, что раньше считалось нормой, уже не работает.

— Сейчас ученик все время спрашивает: зачем он должен делать то-то и то-то? Классические упражнения вызывают отторжение у детей, они не хотят их делать и не боятся об этом заявлять, — говорит Светлана Гусенкова. — Приходится всю работу разворачивать таким образом, чтобы задания были обоснованы, необходимость их выполнения понятна.

И все было бы нормально и правильно, методика действительно должна изменяться вслед за эпохой, если бы все зависело именно от времени, а не глупости, безответственности или обычной непродуманности действий. Примером тому может служить появление предмета «Родной язык». В нашей сибирской школе он, как правило, урок все того же русского языка. Однако, так как это отдельный предмет, то и планы уроков, и программа, и учебники должны быть особыми. Но позаботиться об этом заранее у инициаторов проекта не получилось.

Опять же мы не можем пройти мимо ЕГЭ. Годы прошли после его появления, но по-прежнему в большинстве школ тонкости русского языка отступают перед необходимостью подготовить детей к сдаче ЕГЭ. Одни учителя старательно вплетают подготовку в ткань планирования работы над темами, стараясь не жертвовать базовыми основами в угоду сиюминутности. А ЕГЭ, как ни крути, всего лишь эпизод на длинном пути изучения русского языка. Другие под давлением школьного начальства, родителей или собственного понимания превращают тест в фетиш.

— Нет, не надо так категорично! — возражает Светлана Гусенкова. — На самом деле грамотный учитель русского языка никогда не будет руководствоваться лишь тем, что детям надо хорошо написать тест. Поверьте, если ребенок учится хорошо, умеет работать с текстом, знает, как применять правила, то и ЕГЭ он сдаст хорошо.

Вернуть ценность слову

В школьном образовании как в зеркале отражаются проблемы общества. По мнению Светланы Гусенковой, сегодня наблюдается повсеместное обесценивание слова:

— Размазаны смыслы, значения подменяют друг друга, стираются. Ребенок должен Слово слышать, внимать ему и ценить. Если этого нет, то говорить о бережном отношении к слову, желании его понять не приходится. Современные дети не чувствуют ответственность за слова, которые произносят. Увы, этого почти нет и среди взрослых. Одной из причин я считаю отсутствие общения в семьях. Родительские и семейные отношения, которые ранее строились на вербальной связи, утрачиваются.

То же самое происходит в обществе: слова заменяются знаками, мемами, смайликами. Язык молодежи упрощен, иной раз буквально до рисунков первобытных людей. Происходит, казалось бы, невероятное, привычный язык русской и советской литературы становится сложным и непонятным. Разбить на простые короткие предложения, сократить до существительных и глаголов — вот что требуется сегодня интернет-молодежи. Неужели пойдем на поводу?

Свой стиль

В школе № 4 на протяжении многих лет фундаментом учебной деятельности является система проблемного обучения В. В. Занкова. Принцип преемственности соблюдается строго, в том числе и в преподавании русского языка. Особенностью методики Светланы Гусенковой в первую очередь является постановка проблем с упором на реальную языковую ситуацию, в которой живут ее ученики:

— Я на уроках иногда в качестве примеров беру комментарии в соцсетях. В них речевая культура автора видна как на ладони. Нет пунктуационных знаков, ошибки, сокращения, начало предложения не обозначено заглавной буквой. И я ставлю проблему: что и как здесь должно быть расставлено? Такой прием эффективно работает, интернет для них обыденность, пишут комментарии каждый день. В целом же проблемное обучение всегда идет от вопроса. Дети либо приходят ко мне с вопросом, и мы должны найти ответ, либо уходят с вопросом и ищут ответ самостоятельно.

В кабинете Светланы Гусенковой обычная мебель, нет поражающих воображение наглядных пособий, ее методика преподавания русского языка строится на ментальном взаимодействии учитель — ученик, где одна основа — проблемное обучение, а вторая — проектная деятельность, которая, по сути, тоже базируется на вопросе. Вот только ответ на него должен вылиться в осязаемый или «опредмеченный» результат в виде реферата, видеоролика и прочее.

Человеку классической старой школы странно слышать о раскрытии темы «Прилагательное» с помощью сделанного учеником видеоролика, или темы «Повелительное наклонение глагола» в жанре кулинарного шоу, или мультика о знаках препинания в сложных предложениях. Однако такова сегодня школа.

— Готовя проект, ребенок вынужден изучить, возможно, даже больше информации по теме, чем он получил бы на уроке. У него просто не будет результата, пока он не поймет, с чем работает, — отмечает Светлана Гусенкова.

Добавим, что и подготовка к пресловутому ЕГЭ имеет свои особенности. Для правильного выполнения тестов важно, чтобы учащиеся понимали логику их составления. С 5-го класса Светлана Леонидовна дает задание составить тест по отдельным темам. Дети, находясь на месте автора, очень быстро разбираются, как должно выглядеть задание и какие слова содержать. Их не «натаскивают», а дают понимание, как работает тест. Так уходит страх перед ЕГЭ.

Руководствоваться интересами детей

Светлана Леонидовна Гусенкова — учитель высшей категории, магистр по специальности «Медиаобразование», участник множества научно-практических конференций, лауреат премии «Лучший учитель Новосибирской области» и… И она не упоминает обо всех этих статусах и регалиях, когда мы размышляем о том, кого сегодня можно назвать «хорошим учителем русского языка».

«Понятно, что наличие профессиональной грамотности не обсуждается. Но дать однозначное определение… Нет, невозможно», — считает Светлана Гусенкова и рассказывает, что у нее было множество примеров. От одного педагога она взяла правило: ученики должны уметь у доски рассказывать теорию, четко, последовательно, с примерами. Другой учитель дал понимание, что словесник силен своей выстроенной системой преподавания. Третий помог понять, что педагог должен уметь творить, заинтересовывать так, чтобы к детям приходило желание учиться и познавать новое.

— У каждого может быть свой портрет хорошего учителя со множеством черт, и любая из них может оказаться значимой, — признается Светлана Гусенкова. — На мой взгляд, хороший учитель тот, кто во всем чувствует меру. В творчестве, в строгости, в пунктуальности и даже в своем погружении в предмет. Очень важно, чтобы педагог четко понимал, как и в какой степени знания, которые он дает, смогут пригодиться детям. Главное — руководствоваться интересами своих учеников, и тогда все получится.


Поделиться:

Яндекс.ДзенНаш канал на Яндекс.Дзен

Если вы хотите, чтобы ЧС-ИНФО написал о вашей проблеме, сообщайте нам на SLOVO@SIBSLOVO.RU или обращайтесь по телефону +7 913 464 7039 (Вотсапп и Телеграмм) и через социальные сети: Вконтакте, Фэйсбук и Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.