ЧС-ИНФО не выпускает из виду судебное разбирательство по уголовному делу в отношении министра промышленности, торговли и развития предпринимательства Новосибирской области Андрея Гончарова, его подчиненных и предпринимателей. Как мы уже писали, речь идет о поставке оборудования, необходимого для СВО. Важно было организовать поставку в сжатые сроки в условиях дефицита и ограничений.
Задача была выполнена, более того, прибыль от сделки направили на поддержку фронта. Но возникли претензии, основанные на заключении экспертов, которые считают, что закупка произведена по завышенной цене, в связи чем бюджету нанесен ущерб. Но так ли это на самом деле? В ходе судебных заседаний выяснилось, что экспертные мнения противоречивы, в связи с чем есть сомнения в предъявляемых обвинениях.
В предыдущих публикациях мы достаточно полно рассказали о процессе, тем не менее открываются новые подробности, возникают вопросы, требующие ответов. Несмотря на то, что заслушано уже несколько экспертов, остаются противоречия. В частности, по поводу методики проведения экспертизы ценообразования. В ст. 3, Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ (ред. от 31.07.2025) «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» говорится дословно, что «под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства, то есть когда одна из сторон сделки не обязана отчуждать объект оценки, а другая сторона не обязана принимать исполнение, стороны сделки хорошо осведомлены о предмете и действуют в своих интересах, объект оценки представлен на открытом рынке посредством публичной оферты, типичной для аналогичных объектов оценки».
Это определение из закона, которым руководствовалась экспертиза по «делу Гончарова». Но ведь там четко сказано: «на открытом рынке в условиях конкуренции». Однако закупка проводилась без открытой конкуренции! На ст. 15, 16, 17 Закона о Конкуренции в то время органами власти был объявлен мораторий ввиду особых обстоятельств. В условиях дефицита необходимого для СВО оборудования приходилось организовывать поставку по договору с единственным поставщиком. А это другие условия, несопоставимые с торгами на открытом рынке.
В разрез с логикой для проведения экспертизы были взяты в качестве примеров контракты из Единой автоматизированной информационной системы, тогда как рассматриваемые в суде контракты там не размещались, поскольку содержали гриф «Для служебного пользования». Следовательно, условия поставки отличаются от открытых торгов, что не взято во внимание.
И это еще не все. В распоряжении нашего издания оказалась рецензия специалиста Некоммерческого партнерства по повышению эффективности экспертного обеспечения судопроизводства «Коллегия судебных экспертов и экспертных организаций», приглашенного стороной защиты, на заключение, подготовленное представителем ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России Т. Сивковой, которая выступала в суде в конце октября. Проведенная экспертиза ее заключения наводит на мысль о том, что допущены процессуальные и другие ошибки, влияющие на выводы.
Главное правило экспертизы – объективность и строго научный подход
По результатам анализа заключения Т. Сивковой установлено нарушение процессуальных требований при производстве экспертизы. К примеру, на вопрос, какова средняя рыночная стоимость на 28.12.2022 беспилотного летательного аппарата, она со ссылкой на недействующие на дату экспертизы нормативно-правовые акты, а, именно, Федеральный стандарт оценки «Цели оценки и виды стоимости», который утратил силу с 07.11.2022, приводит свое понимание поставленного вопроса. Хотя, как говорит уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и 73-ФЗ от 31.05.2001, у эксперта нет права самостоятельно менять редакцию вопросов. Инструкция в п. 20 допускает возможность в случае, если в постановлении вопросы сформулированы неоднозначно, указать в заключении как эксперт понимает содержание вопроса. «Но здесь фактически изменена формулировка поставленного вопроса, не только в части объема задания, но и в части смысла», — отмечается в имеющейся у ЧС-ИНФО экспертизе.
Неоднократно по тексту заключения Т. Сивковой указывается на недостаточность информации, материалов для объективной аналитики. При этом не комментируется, почему недостающее не было запрошено.
Законом, как известно, закреплено, что эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. Логика исследования определяется научными разработками и апробацией на практике. С точки зрения научной состоятельности допустимо применение только тех технических средств и методов, которые изучены и объяснены или разработаны наукой, либо основаны на очевидных закономерностях, процессах, явлениях.
С этим, как говорится, не поспоришь: принцип объективности предполагает недопустимость субъективизма, независимость и беспристрастность. В научном сообществе принято, что одним из критериев объективности исследований является получение тех же или близких результатов при воспроизведении исследования другим лицом или учреждением. Из заключения экспертов должно быть понятно, как получены и на чем основываются результаты исследования и предельна ясна примененная методика, чего в рассматриваемом деле, увы, нет.
Принцип объективности означает, что выводы должны опираться не на произвольное мнение эксперта, а на определенные научные положения, использование научных методов. «При изложенных выше обстоятельствах при нереализации экспертом своего права ходатайствовать о предоставлении дополнительных документов, материалов нельзя сделать вывод о том, что исследование было проведено объективно, всесторонне и в полном объеме», — такой вывод делается в имеющейся у нас экспертизе. Здесь также делается акцент на другой не менее важной теме – методике расчетов.
О нарушении методики расчетов
При определении стоимости объекта исследования Т. Сивкова использовала затратный и сравнительный подходы. Как говорится в экспертном заключении на ее экспертизу, «товарные характеристики исследуемого объекта не установлены», маркетинговое исследование анализа уровня цен и конъюнктуры рынка на изделия соответствующей товарной группы не проведено.
Принципиальный момент: стоимость объекта у производителя определена по данным одного поставщика, названного как «официальный интернет-магазин», приведена ссылка на сайт https://dii-rus.ru/. Иных сведений о поставщике не указывается. «Использованная экспертом ценовая информация с сайта не проверяемая», — говорится в заключении эксперта. Отмечается и отсутствие анализа рынка исследуемого товара, гарантийных обязательств в отношении объектов исследования. Нет анализа влияния на цену условий, связанных с оплатой по контракту. При расчете стоимости доставки товара из текста заключения и приведенных скриншотов не представляется возможным определить, какие данные были учтены: какой был указан адрес доставки, включена ли в стоимость упаковка товара, обеспечивающая его сохранность, погрузо-разгрузочные услуги и другое, что напрямую оказывает влияние на стоимость.
Эксперт обращает внимание, что Т. Сивкова, «получив стоимость объекта исследования в размере 831 156 рублей, по состоянию на дату производства экспертизы в дальнейшем при помощи индексов переходит в цены на 28.12.2022 года. При этом эксперт использует индексы потребительских цен в целом на товары и услуги, в то время как Методика-2 и Методика-3 предписывают приводить базовую стоимость объекта к уровню цен на дату определения стоимости с помощью индекса изменения цен по соответствующей группе товаров за исследуемый период. Использование в расчетах общего индекса цен на товары и услуги не позволяет учесть специфику ценообразования объекта исследования в рассматриваемый период». Анализ сведений из открытых источников позволяет сделать вывод, что дефицит и удорожание компонентной базы, рост спроса в государственном сегменте, валютные и логические издержки в 2022 — 2023 годах привели к удорожанию товаров исследуемого сегмента рынка. По отдельным оценкам, наблюдался резкий скачок цен — до 40 % в рублевом выражении, с последующим снижением темпа роста цен.
В полученной нами экспертизе приводится множество доводов, указывающих на несоответствия, а это вызывает сомнения в объективности оценки. И заключение эксперт делает вывод: «При производстве экспертизы допущены ошибки процессуального характера, деятельностные и гносеологические ошибки, оказывающие влияние на выводы. Приведенные выводы не могут быть проверены на достоверность и обоснованность, что может свидетельствовать о произвольном характере произведенного исследования, о нарушении принципа объективности и наличия субъективизма в деятельности эксперта». Что тут добавить? Будем надеяться, что суд разберется и примет справедливое решение.