Жить иначе: О жизни в закрытом частном поселке под Новосибирском

поселок

В глубине сибирской тайги, в более чем сотне километров от Новосибирска, расположился частный поселок. О нем не знает никто, и вряд ли узнает. У него нет имени. Но живут здесь не сибирские аборигены, а вполне достойные, образованные люди.

Узнать о поселке довелось абсолютно случайно, через близкого знакомого. А вот напроситься в гости было сложнее. Но только с условиями – не называть имен, не снимать и не указывать геолокацию.

До поселка мы добирались около трех часов. Съехав с трассы, мы оказались на обычной заснеженной дороге. В сумерках даже становилось немного страшно – люди, с которыми довелось познакомиться буквально вчера, везут вглубь леса, где единственный свет – это фары Рендж Ровера.

— На самом деле мы никакие не отшельники, — заводит, почуяв легкий страх гостя, разговор Олег, водитель и одновременно житель поселка. – У нас все как у людей в городе или пригородном частном секторе. Просто в разы лучше (смеется).

По пути в голове конструируются образы. Кажется, что скоро мы приедем в какую-то заимку с печным отоплением в каждом однокомнатном срубе, лающие, на все, что движется, собаки, пьяный мужик в фуфайке рубит дрова… как говорится, типичная картина любой деревни вдалеке от города. Но нет. Уже где-то в километрах двух начинают просвечиваться сквозь прямую линию дороги какие-то проблески света, напоминающие городское освещение. И чем ближе, тем больше интриги.

Уже на въезде в поселок нет никаких КПП, охраны, шлагбаума… Просто начинается улица, по обеим сторонам которой стоят деревянные двухэтажные срубы, с балконами и стеклопластиковыми окнами. Никаких заборов, в каждом дворе светят зимней зеленью  ухоженные ели, все ухожено и капитально очищено от снега. Грунтовка превращается в полноценный асфальт. Будто попадаешь в типичный частный сектор европейского уровня.

Олег припарковал свой внедорожник на общей поселковой парковке и мы отправились к его дому. Все самое интересное здесь раскрывается утром.

Утром

— Домов здесь всего одиннадцать. Столько же и семей. Еще есть один 12-й, но он для тех, без кого мы тут не обойдемся.

Чуть поодаль от поселка возвышается единственная «высотка» с огромными лопастями.

— Это ветряная электростанция на 12 мегаватт. Хватает с лихвой, а ветер на такой высоте мотает ее постоянно. Мы ее из Италии заказали, но монтировали сами. У нас товарищ – инженер-электрик. Работает в Газпроме. Мастер на все руки. Правда, пришлось все же кран заказывать, потому что 50-ти метровую мачту руками не соберешь, лопасти с их размахом – тем более.

Мы идем по единственной улице поселка, по убранному от снега асфальту. От снега дорогу убирают небольшим грейдером. Каждая семья — по очереди. Но в основном за очередь на уборку едва не дерутся подростки, и даже друг у друга ее перекупают. Слишком увлекательное это дело для пацана. На небольшой машинке с грейдером кататься по утрам – и удовольствие для себя, и всем польза.

— А как же образование? — спрашиваю у своего гида.

— Среднее? В городах уже больше года на «удаленке». А правительство вообще предлагает ввести ее повсеместно. Это неправильно. Это убьет образование окончательно. Наши дети тоже, можно сказать, на «удаленке». С одним «но». С нами живут в том, 12-м доме преподаватели по всем основным предметам. Получают зарплату, за жилье не платят, продуктами обеспечены. Если нужно что-то конкретное – заказывают. Дети раз в четверть просто выезжают каждый в свою школу, где учился раньше, сдают экзамены, закрывают четверть и обратно. Нет, если кто-то хочет в городе остаться, потусить с друзьями, в кино сходить – пожалуйста. Никто не держит. Но почему-то все возвращаются. А высшее, понятное дело – кто в Новосибирск уезжает, кто в Москву. Квартиры же есть. Если у кого нет – на съемной. Некоторые ребята вообще не против общежитий.

— Больше сотни километров по грунтовке… а если заболеет кто-то?

— У Дмитрия, соседа моего, жена врач. Если ничего серьезного – вылечит. Все необходимое есть, на все случаи. Если нужно доставить в город – с ветерком. У Дмитрия как раз крутой внедорожник, везде и всегда пройдет. Если лежачий, не дай бог, случится, то есть микроавтобус Ford, на котором мы, собственно, каждую неделю все необходимое из Новосибирска возим. Аж под крышу забитая бывает. Запросы ведь у каждого свои.

— Получается, вы вроде как свой дачный поселок сделали и здесь живете почти не выбираясь в город?

— Почему. Мне часто приходится, бизнес свой в городе здесь у семи человек из одиннадцати. Приходится выбираться. Но в основном дела формальные – переговорить с кем-то, подписать что-то. Жена у меня бухгалтер, работает из дома. Раз в квартал приходится только выезжать – то в банк, то в налоговую, то еще какие-то вопросы решить.

И вот так во всем. Ходишь по поселку и удивляешься – люди при деньгах, стало быть, как мы все привыкли, и жены должны быть непростые. Так уж случилось, что если муж с кошельком, то обязательно каждую неделю салон красоты, светские выходы и прочее в лучших традициях гламура. А здесь сросся гламур с обыкновенным русским деревенским укладом.

— Чем же заниматься здесь женщинам? Про детвору молчу, конечно.

— А что, нечем? Пойдем, покажу.

Мы проходим за ветряную электростанцию и перед глазами предстает картина, от которой вовсе ничего не понимаешь. Наступает какой-то когнитивный диссонанс. Жены и дочери респектабельных бизнесменов таскают сено трем коровам, иные – этих коров доят. Молодые девушки и парни таскают корм курам, гусям, уткам. Куда-то вдаль за этим пограничным миром простирается заснеженное поле, на котором летом выращивают фрукты, овощи и ягоды.

— Все для себя?

— Как-то с избытком хватает. Три коровы, например,60 литров молока в сутки дают. Дети столько не выпьют, так что кто умеют – тот и перерабатывает. Женщины уже все кулинарные книги перечитали, наверное (смеется). Делают сыр, творог, масло, кефир… Что сами не употребим – городским просто так отвозим. Друзьям, родственникам. Опять же, свинью заколем – тоже мясо остается, колбасу делаем. Со всеми продуктами так.

— И что же, — спрашиваю, — не кусаются-то женщины от такого быта после ресторанов, театров и променадов?

— Нет. Никто силком их сюда не тащил. Как все начиналось? Я с товарищем за рюмкой озвучил идею создания моно-поселка, почти семейного. Сама собой родилась именно в тот момент. Он рассказал своей жене, я – своей. Потом собрались вчетвером, начали писать план, проект, даже, наверное, подобие конституции. Жены по своим подругам пошли, дополнять стали, придумывать что-то. В общем говоря, все так увлеклись, что отказаться было уже невозможно. Пока мы уже вдесятером просчитывали финансовые составляющие, планы, проекты домов, наши женщины с детьми едва ли не клуб организовали – собирались, исправляли, дополняли. Так, собственно, родилась идея с фермой. Мы сами с товарищами тому удивились несказанно. Уже забыто, конечно, но ферму придумал кто-то из детворы, играя на планшете, собственно, в ферму. Кстати, про ферму на планшете дети уже забыли – в реальности куда интереснее наблюдать, как оно все растет, развивается, перерабатывается. Правда, нельзя за 10 долларов купить мгновенный рост.

— Как место выбирали?

— По телефону (смеется). Ездили на внедорожниках с кучей телефонов и искали, где бы 4G или в идеале 5G мог бы ловить. Поселок и природа – хорошо. Но без доступа в Интернет сейчас никак. И работать надо всем, детям учиться. И Youtube посмотреть не ровен час хочется, и новости никто не отменял. Была мысль разместиться в заброшенной деревне какой-то, но мы ее отсекли в итоге – заброшка может оказаться и чей-то собственностью. Придет через лет несколько какой-то правнук и понесутся суды пересуды. А в  этом районе нашли поляну большую. То есть, мы ни одного дерева даже не срубили, наоборот – по периметру поселка сад сделали. Он как забор теперь, цветущий и плодоносящий.

— А к чему такие беспрецедентные меры безопасности?

— Да это не меры безопасности. Это скорее дань спокойствию. Здесь в округе на 30 километров никого. Даже заядлые грибники в такие дали не заходят. Зверья здесь нет, поэтому и охотники не шастают. Ну и в целом, как говорится, меньше знают – крепче спишь.

На самом же деле основная причина – наше государство. Мы собрались все, прошли по всем кабинетам. Максимум, что удалось, — это купить землю. Причем не под ИЖС, а просто взяли землю в аренду. Когда мы заикались о проекте, который хотим сделать, а уж тем более показывали проект, нам тут же все зарубали или снова начинали гонять по всем кругам ада.  Ну, невыгодно чиновникам, чтобы люди были независимы. Ты посмотри – своя электростанция, своя скважина, свой, на всякий случай, дизель-генератор, своя ферма. Школа нам не нужна, детсад – не нужен. Ничего не нужно и ни от кого не зависим. Ни одному чиновнику такое не понравится, ущипнуть не за что, чтобы человек в итоге плюнул, рукой махнул со словами «да катись оно!», купил квартиру и успокоился. Вот «щипают» нас иной раз в плане бизнеса – и пусть щипают. А дом – это святое

— Взятки требовали?

— Требовать сейчас боятся. Но намекали. Сильно и часто. Однако мы в самом начале сразу приняли для себя – ни рубля, ни в один карман. Заплатишь один раз – понесется. Набегут сюда пожарные, к электростанции прицепятся. Что уж говорить про органы опеки, которые как пчелы на нашу детвору «опекать» прилетят. Не оберешься, в общем. Кстати, о техногенных объектах – как видишь, мы даже об авиационной безопасности озаботились – на макушку ветряка еще одну мачту с маяком установили. Хотя самолеты здесь и не летают, но все должно быть по уму, правилам и закону. Это принцип.

— Как досуг проводите?

— На выходных часто все, кто желает, в микроавтобус наш поселковый садятся и в Новосибирск едут. А там, как говорится, кто в лес, кто по дрова. Кто-то в кино, кто-то в кафе, кто-то по магазинам. Иногда в поселке собираемся, чтения устраиваем, или дети концерты музыкальные устраивают. Здесь у нас в каждом доме на первом этаже огромные гостиные. Все влезают. Коктейль-дэй иногда устраиваем. Была бы фантазия, а уж как время свободное провести с толком и весельем – дело техники.

— Расти собираетесь?

— А куда деваться. Вот, сын одного товарища девушку к себе перетащил. Пока что в город не тянет. В город только к родителям выбиралась. Может и надоест ей, дело молодое. Но пока все нравится. Если поженятся – скинемся все и дом им отдельный построим.

— Олег, это такая замкнутая экосистема, будто секта. Во всяком случае, так может кому-то показаться…

— Тогда любая деревня на отшибе, где все всех знают – это секта. Нет. Это нормальный уклад жизни русского человека. Еще году в 2010, когда Медведев был президентом, Национальное Агентство по Малоэтажному и Коттеджному строительству под начальством Алены Николаевой через общественную палату добилось целого проекта по развитию малоэтажного строительства вдалеке от Москвы, где-то в районе Волоколамска, Рузы… Уже и Медведев проект одобрил, но потом как-то все само схлопнулось.

— Природа, чистый воздух, здоровое питание – это то, за что ратуют экоактивисты вроде Греты Тунберг. Так?

— Грета – типичный ребенок, которого просто купили в политических целях. Даже не купили, а соблазнили. Я посмотрю, как эта Грета со своим стаканом из экопластика будет воду в городе искать если ОбьГЭС, например, закрыть, которая дает электричество, чтобы качать воду и очищать ее. Или в Бердск пусть в гости приедет, где мэр каждую зиму жалуется, что снегоуборочной техники не хватает. Как она там до магазина за хлебом по снегу выше пояса дойдет. У нее – это детская идея и утопия. У ее «хозяев» — политика.

— Планы, идеи, проекты?

— У вас планы на семью есть? Как она расти будет? Чем жить будет? Мы как старшее поколение – сделали, что смогли. Нас не станет, надеюсь – наши дети поддержат и удержат. Главное здесь, пожалуй – «удержат». Потому что такие поселения должны быть и будут в России. Но они не должны превращаться в моно-города и моно-поселки. Да, я и мои коллеги – не родственники. Но мы это построили. Из всего, что я тебе рассказал должно быть видно – как это работает. Люди не по крови родными становятся, а по идее. Мы счастливы – у нас есть общая идея. Надеюсь, что мы не одиноки в этом.

На обратном пути мы с Олегом молчали. Наверное, каждый о своем. Каждый из нас стремится к успеху, но забывает о чем-то более важном. Олег и его коллеги — уже семья — добились какого-то максимума и решили сделать для своих детей другую жизнь. И это может стать отличным примером для других. 

Михаил Лейтштерн

Поделиться:

Если вы хотите, чтобы ЧС-ИНФО написал о вашей проблеме, сообщайте нам на SLOVO@SIBSLOVO.RU или через мессенджеры +7 913 464 7039 (Вотсапп и Телеграмм) и социальные сети: Вконтакте, Фэйсбук и Одноклассники

Новости партнеров:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.