У завода с героическим прошлым есть право на жизнь и новые достижения

Ветеран завода «Тяжстанкогидропресс», проработавший на предприятии больше полувека, рассказал «ЧС» об истории производства и перспективах станкостроения в России.

Завод «Тяжстанкогидропресс» в Новосибирске находится на грани закрытия. Выплата зарплаты рабочим контролируется прокуратурой. В отношении бывшего директора Николая Степакина ведется уголовно-процессуальная проверка. А имущество предприятия не продали только потому, что этот процесс остановил суд… Напомним, завод строили в военное время и на протяжении многих лет он выпускал востребованную во всем мире продукцию.

Тяжстанкогидропресс
Фрезеровщик, стахановец завода Тяжстанкогидропресс В.А. Калугин (1951 год)

Сегодня ветераны предприятия вспоминают, как бурно и активно развивалось когда-то производство и в какой момент произошел ключевой перелом. Завод за весь период пережил несколько серьезных потрясений, но к чести руководства предприятия, города и области, с достоинством выходил из этих трудностей. Борис Леонидович Хоменко работал на заводе «Тяжстанкогидропресс» с 1956 по 2001 год, занимая разные должности, последняя — начальник конструкторского бюро № 18.

Борис Хоменко приехал в Новосибирск в 1956 году 22-летним молодым человеком. До этого он с отличием закончил горно-металлургический техникум в городе Норильске, после которого полтора года отработал на Сорском молибденовом комбинате в Хакасии сменным электромехаником. А после этого отправился за новыми знаниями и опытом в Новосибирск.

«Приехал в январе и сразу начал искать работу. На улице стоял 30 градусный мороз, и я зашел погреться в магазин. Там мужики о заводе говорили, в котором есть электроцех. Моя специальность электромеханик и я решил пойти работать в электроцех. Начальник отдела кадров Денисов, посмотрев мои документы, сказал: «пойдёшь в отдел главного конструктора?» От этого предложения я даже замер. С детских лет мечтал проектировать, изобретать, исследовать», — вспоминает Борис Леонидович.

Тяжстанкогидропресс
Фрагмент испытания гидравлического профильного пресса П-646 усилием 1200 тонн (март 1956 года)

Хоменко начал работать техником-конструктором в электрическом бюро ОГК, в группе продольно-строгальных станков под руководством первоклассного специалиста Ростислава Любимова, у которого в итоге многому научился. Не раз благодаря полученным знаниям и трудолюбию он попадал на доску почета и получал поощрения за работу. В 1958 году с целью наладки строгальных станков молодой специалист был командирован в Китай. Позже были поездки в Польшу, Финляндию, Австрию и Германию. И везде продукция «Тяжстанкогидропресс» имени А.И. Ефремова была востребована и высоко ценилась.

Завод был официально запущен в марте 1943 года. Люди на нём работали самые разные, но все были увлечены общим делом.

«На основе своих чертежей начали создавать станки и небольшие прессы. Даже карусельные станки делали из деталей и заготовок, оставшихся у эвакуированных в войну заводов. Позже начали делать горизонтально-расточные станки. Работать приходилось в тяжелых условиях: например, цех еще не достроен, а ребята уже запускают оборудование», — рассказывает историю предприятия Хоменко. По воспоминаниям ветерана завода, первый директор предприятия Д.И. Поляков обладал особенным, мягким характером: он располагал к себе людей и сплотил коллектив, в состав которого входили высококлассные инженеры и рабочие. Завод работал ритмично. Но в начале 50-х годов, по причине оттока специалистов, которые начали возвращаться на родину, завод периодически перестал выполнять план. Выход из сложившейся ситуации нашел второй директор завода Вячеслав Глухарев.

Тяжстанкогидропресс
Уникальный горизонтально-расточной станок модели 2660 перед отправкой в КНР

«Он начал приглашать молодых специалистов, электриков и механиков, которые совместно с ветеранами предприятия стали создавать новые гаммы (группы: — прим. ред.) станков. Стал помогать ремесленному училищу №17 (РУ-17), находящемуся рядом с заводом и выпускающему слесарей. В училище производились токарные станки: завод давал отливки, а учащиеся обрабатывали детали, собирали и даже продавали. Благодаря этой работе студенты получали опыт и приходили на завод подготовленными специалистами. Вообще в то время многие учились без отрыва от производства: вечером ходили на занятия, днем на работу – на завод», — рассказывает Хоменко.

Глухарёв так энергично стал развивать завод, что уже в 1956-ом году дело пошло на поправку: на предприятии были созданы исследовательские лаборатории, изучался опыт зарубежных станкостроителей. В то же время под руководством начальника электробюро Я.С. Бровимана был разработан и внедрён новый двухдвигательный привод на продольно-строгальном станке, что стало настоящей технической победой.

Успехи Глухарёва были отмечены, и он пошел на повышение в Минстанкопром. После него предприятие возглавил главный инженер завода Константин Ганенко. При нем на «Тяжстанкогидропрессе» стали выпускать уникальные большие станки. Схема управления оказалась передовой: впервые в мире главный привод, который раньше делали на переменном токе и механически меняли ступени, электрики создали на постоянном токе и сократили количество регулируемых механически ступеней до трех. «Это был прорыв!», — говорит Хоменко. Позже весь мир пошел по этому пути.

Спустя какое-то время на заводе создали уникальный, не имеющий аналогов в мире, подвесной пульт. Он позволял станочнику управлять оборудованием не с помоста, а непосредственно в рабочей зоне.

На международных выставках продукция «Тяжстанкогидропресса» имени А.И. Ефремова, занимала достойное место среди лидеров промышленного машиностроения – Германии, Италии и Японии. «Единственное в чем уступали станки и прессы, произведенные в Сибири – это внешний вид: в зарубежных странах все неровности литья отделывали, как на автомобилях. В СССР это считалось бессмысленной тратой средств. Поэтому производимая в Новосибирске продукция стоила дешевле, а по качеству и надёжности не уступала конкурентам», — рассказывает Хоменко.

Тяжстанкогидропресс
Сборочный цех (1981 год)

После Ганенко директором завода стал Евгений Мещеряков, при котором появились станки с ЧПУ (с числовым программным управлением: — прим. ред.). Идею руководитель подчерпнул на международной выставке станкостроения в Ганновере в 1970 году. Под новое направление было создано подразделение по внедрению систем ЧПУ и модернизации ранее выпущенных станков – КБ-18. Его возглавил Борис Хоменко.

«Инженеры КБ-18 разрабатывали и внедряли много систем с ЧПУ, блоков УЦИ (устройство цифровой индексации: — прим.ред.) и измерительных датчиков», — рассказывает Борис Леонидович.

Следующим руководителем завода «Тяжстанкогидропресс» стал Игорь Сидоров. В период его управления коллектив КБ-18 продолжал свою деятельность совместно с отделом главного механика и конструктора.

В 1984-85 годах директором предприятия стал Виктор Арановский, который пришел на пост с новосибирского инструментального завода.

В середине 80-х годов Минстанкопром запланировал капитальный ремонт и модернизацию ранее выпущенных заводом станков. Инженеры предприятия, возглавляемые Иваном

Каплиным, идею восприняли с энтузиазмом, однако руководство предприятия их инициативу не поддержало. Тогда инженеры «Тяжстанкогидропресса» подготовили письма на 25 предприятий СССР, где эксплуатировались станки, чтобы узнать мнение коллективов. Предложением проводить капитальный ремонт и модернизацию станков на заводе изготовителе ответили 22 завода. Но идея так и осталась не реализованной. В стране сменилась власть и станкостроение рухнуло. Распалось и КБ-18…

Тяжстанкогидропресс
Бригада коммунистического труда завода Тяжстанкогидропресс (1960 год)

В то время премьер-министр Егор Гайдар принял последнего министра станкостроительной промышленности Николая Паничева. Разговор, по воспоминаниям последнего, занял полторы минуты, в течение которых Гайдар сказал, что производство станков России не нужно, а всё, что необходимо, страна будет закупать за рубежом. Позже, в 2014 году, высокопоставленный чиновник в Новосибирске, Струков, в беседе с радиожурналистом заявил: «Все станки в России надо переплавить в колокола и продавать по всему миру. Тогда Россия займёт свою нишу, подобно Нокиа». Так пересказывает этот разговор Борис Хоменко, которому стало известно о нем от очевидцев.

С тех пор на заводе началось сокращение выпуска уникальных станков. Кроме того, уменьшалась производительность инструментального и ремонтно-механического цехов, центральная заводской и станочной лабораторий, бюро рационализации и изобретательства, отдела подготовки и комплектования. Под сокращение попала часть конструкторов и технологов, на заводе уже не велся проект производства работ станочного парка.

Позже акции завода были проданы новому владельцу — компании «Стиллайн» под руководством Николая Степакина.

«Его фирма выпускала сварные трубы и штамповала изделия из листового металла. Никакого понимания и компетенции в станкостроении у него и его управленцев не было… С заводом Степакина связывало арендованное под собственное производство помещение», — рассказывает Хоменко.

В результате таких манипуляций «Тяжстанкогидропресс» потерял многих специалистов и утратил способность выпускать станки.

К 2019 году, по заявлению доктора экономических наук, профессора кафедры торгово-промышленной палаты РЭУ имени Г.В. Плеханова Вячеслава Бобкова, предприятие сократило выпуск своей продукции на 95 процентов. Представители делового сообщества же отмечают, что в тяжелой промышленности Россия отстала от других стран на 25-50 лет и нагнать упущенное уже не сможет. Ветераны производства считают, что это не справедливое и опасное для страны суждение. Бывшие сотрудники и неравнодушные жители продолжают бороться за спасение промышленного гиганта и верят, что процесс производства можно наладить, а завод сделать конкурентноспособным.

В 2018 году Борис Хоменко обращался к региональной власти с просьбой организовать на «Тяжстанкогидропрессе» научно-прикладную деятельность, а также наладить капитальный ремонт и модернизацию ранее выпущенных станков, но чиновники мало что могут сделать в отношении частного предприятия…

«Начиная от Гайдара, станкостроение фактически стало никому не нужным. В то же время Путин в официальных выступлениях отмечает, что это основа российской индустрии. Почему глава государства говорит, что это надо, а Степакин говорит, что не будет ничего делать, пока ему не дадут государственный заказ, хотя заказы на заводе есть», — сокрушается ветеран производства.

Тяжстанкогидропресс
Один из участков сборочного цеха (1979 год)

Сегодня Борис Хоменко по-прежнему ищет пути решения серьёзной проблемы предприятия и предлагает начать с малого: «Основа станкостроения – это научная база. Станок состоит из базовых деталей: привода, блока индикации, гидравлических узлов. Каждый узел — это свое наукоемкое устройство, и чтобы оно могло работать, его нужно проверять, исследовать, обновляли – так делали раньше. На заводе были лаборатории электропривода, гидравлики, блоков индикации, станочная лаборатория, отдел метролога. Кроме того, шла подготовка кадров – действующие специалисты читали лекции. Я предлагаю воссоздать хотя бы часть из утраченного. Далее, поскольку станок – это целый комплекс, должны проводится научные работы прикладного характера, нужно создать лабораторию приводов и лабораторию датчиков, это немного, один-два человека. Ещё одно предложение: в Институте гидродинамики необходимо создать подразделение на 2-3 человека, которое будет заниматься разработкой физического моделирования перспективных конструкций в области станко- и приборостроения. Это, кстати, прописано в тематике лаборатории института».

Хоменко считает, что государство не должно бросать предприятие в трудную минуту. А как сохранить производство – варианты всегда найдутся, было бы желание. Обсуждать возможности развития завода нужно не только с бизнесом, но и с техническим персоналом.

Сегодня западное станкостроение также переживает непростые времена, но фирмы «Skoda» (Чехия), «Waldrich Coburq» и «SHW» (Германия), объединение «Innse»-«Berardi» (Италия) и другие, продолжают выпускать высокой точности тяжёлые металлорежущие станки, которые покупает Россия. Там рынок складывался столетиями, но и в России есть своя история, а также успехи, которые демонстрируют важность отрасли. Среди «выживших» и успешных предприятий сегодня, например, группа «Стан», «Южный завод тяжёлого станкостроения» (город Краснодар), станкостроительные заводы города Ульяновска. При этом они не требуют заказов от государства.

Тяжстанкогидропресс
Фрагмент сборки первого тяжелого карусельного многорезцового станка (1946 год)

По мнению ветеранов производства, сейчас, учитывая сложную международную обстановку, рассчитывать на чужие ресурсы стране не следует. Надо возрождать собственную промышленность, в том числе тяжелое станкостроение. И восстановление таких заводов как «Тяжстанкогидропресс» – должно стать первым шагом в этом направлении.

Отметим, что Хоменко согласен с коллегами в необходимости выкупить предприятие и отдать его «под крыло» крупной Госкорпорации или ввести в группу «СТАН».

«Завод необходимо создавать заново. А те, кто развалил его, должны понести наказание. Хватит нам развала «Сибсельмаша», «Сибэлектротерма», «Станкосиба» и других. Руководство города и области должны наконец убедить федеральную власть, что не все отрасли промышленности созрели для перевода на рыночные отношения», — подводит итог Борис Хоменко.

В 1989-м году Хоменко за критику руководства и публикации своих предложений в газетах впал в немилость руководства, был вынужден покинуть «Тяжстанкогидропресс» и воплощать свои идеи в жизнь самостоятельно. Он, вместе с десятком специалистов с завода, открыл научно-производственный кооператив, который сегодня продолжает заниматься самостоятельно переработанными и запатентованными индуктивными датчиками.

Поделиться:

Добавьте нас в источники:

Яндекс.Новости

Если вы хотите, чтобы ЧС-ИНФО написал о вашей проблеме, сообщайте нам на SLOVO@SIBSLOVO.RU или через мессенджеры +7 913 464 7039 (Вотсапп и Телеграмм) и социальные сети: Вконтакте, Фэйсбук и Одноклассники

Новости партнеров:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.