Выборы президента РАН: выбор пути

Клуб межнаучных контактов Дома ученых СО РАН провёл заседание на тему «Российская академия наук: для чего и для кого?». С основным докладом выступил член президиума РАН, главный ученый секретарь СО РАН, директор Института теплофизики им. С. С. Кутателадзе СО РАН академик Дмитрий Маркович, кандидат на пост президента Российской академии наук

Для участия в выборах президента РАН зарегистрировались четыре кандидата. Это действующий президент РАН, академик Александр Серге-ев; академик РАН, академик-секретарь отделения нанотехнологий и информационных технологий РАН Геннадий Красников; академик РАН, член президиума РАН Роберт Нигматулин; выдвинутый СО РАН Дмитрий Маркович. Новый Президент Академии будет избран на общем собрании членов РАН, которое состоится 19, 20 и 22 сентября этого года.

Теперь по поводу шансов на победу. Пока фаворитами считаются Александр Сергеев и Геннадий Красников. Роберт Нигматулин, являющийся выдвиженцем отделения наук о Земле, уже участвовал в выборах в 2017 году и вышел во второй тур, набрав голосов в два раза меньше, чем Сергеев. Выдвинутый Сибирским отделением РАН и 112 членами Академии Дмитрий Маркович — фигура пока новая, но это пока.

Научным сообществом признаётся, что деятельность РАН нуждается в серьёзной трансформации, и это связано, в том числе, с необходимостью решать серьёзные задачи и соответствовать новым для России вызовам.

Многие вопросы, касающиеся ближайшего будущего РАН, вызывают жаркие дискуссии, это весьма животрепещущие вопросы, ответ на них будет во многом зависеть от пути, который изберёт Академия наук в ближайшие годы. Они просты и сложны одновременно:

  • Роль науки в создании новых моделей развития экономики, общества, знаний для мира в новых реалиях.
  • Семь (список открытый) способов провалить технологический суверенитет.
  • За что должна принять на себя ответственность РАН?
  • Что является продуктом РАН как организации? Кто потребители?
  • Какая скорость перемен приемлема для российской науки и РАН?
  • Как мотивировать молодежь на науку?
«Своя дорога» СО РАН и скромное место отечественной науки

По видеосвязи со вступительным словом к собравшимся обратился председатель СО РАН, академик РАН Валентин Пармон, подчеркнувший, что «тема обсуждения – очень важная, поскольку речь идёт о роли науки в нашей стране, особенно на фоне последних событий и глубочайшей технологической блокады, важности восстановления функционала РАН».

«Я хочу напомнить, что последним президентом РАН СССР был председатель СО РАН Гурий Иванович Марчук, — отметил Пармон. — Позднее предложение баллотироваться на пост президента РАН было сделано Валентину Афанасьевичу Коптюгу. Дмитрий Маркович Маркович — третий кандидат, выдвинутый Сибирским отделением. Это человек, знающий нашу жизнь изнутри. Пять лет он был главным ученым секретарём СО РАН, до этого, после реформы Академии, входил в научно-координационный совет ФАНО. Он свидетель и участник того, как сибирское отделение выбрало свою дорогу, значительно отличающуюся от остальной части РАН. Мы пошли на восстановление функционала СО РАН как инициатора, координатора крупных научных мультидисциплинарных проектов — это направление, которым всегда гордилось Сибирское отделение РАН».

Выступая с тезисами своей программы, Дмитрий Маркович отметил, что Россия пока занимает скромное место относительно мирового формата. Особенно это касается доли высокотехнологичного экспорта в экономике, он считает это главным параметром оценки. Пока «топами» в этом смысле остаются США, Германия, Южная Корея, прибавляет Китай, за примерно 30 последних лет уже обогнавший многих лидеров. «Это означает для нас, что ничего невозможного нет, — подчеркнул Маркович, — но пока на НИОКР Россия тратит лишь 1 процент своего ВВП, на фундаментальную науку — ещё меньше (0,15 процента). При этом такая «хитрая дама» как статистика позволяет что угодно отнести к расходам на научные исследования».

Однако Маркович признаёт и тот факт, что не всегда научное сообщество в состоянии ответить за результат своего труда.

«Да, мы будем выполнять фундаментальные исследования, будем создавать багаж для будущих поколений, что называется красивыми словами «генерация знаний», но мы далеки от идеальной ситуации, необходима конкретика».

Минимализм механизмов и форм

Какие механизмы требуются для того, чтобы результаты научных исследований воплощались в реальные технологии, в реальный технологический продукт для экономики страны?

«Механизмов не так много, и они связаны с вопросами глубинного анализа структуры экономики, чем тоже должна заниматься РАН, — уверен Маркович. — А структура экономики такова, что стимулов для того, чтобы экономика воспринимала результаты научных исследований, мало, — их практически нет. Точнее, их не было до 24 февраля. Эйфория, что мы всё купим, тотально присутствовала как в государственном секторе экономики, так и в частном. Сейчас всё изменилось, и это должны понимать все». И РАН, считает Маркович, должна доносить свою позицию до государственных структур.

Один из тезисов кандидата состоит в том, что академические институты и вузовская наука должны восприниматься в связке. Последние лет 20 их часто противопоставляли, а они — взаимодополняемы.
Как отдельную форму управления научными исследованиями докладчик отметил действовавший ранее госкомитет по науке и технике (ГКНТ), который взаимодействовал с РАН — все ключевые стратегические решения в научно-технологической сфере принимались совместными постановлениями.

«Мы много лет уже не знаем такую госструктуру, которая бы осуществляла подобную координацию научных исследований между конкретными отраслями экономики, — обратил внимание Маркович. — Новая программа фундаментальных исследований до 2030 года готовилась несколько лет. В её подготовке, помимо РАН, принимали участие крупнейшие научные центры, государственные научные центры, университеты, подведомственные правительству, представители госкорпораций (Росатом, Ростех). Это перечень направлений, по которому на деньги государственного задания, федеральных грантов должны работать научные сотрудники разных структур. Координатором этой сферы работ является РАН, и, слава Богу, это так.

Заработал, наконец, координационный совет этой программы, которого раньше не было. Главная задача различных секций — это анализ и корректировка, выработка приоритетов научных направлений, подчёркиваю, фундаментальных исследований».

Триллионы вне координации

Но это — только маленькая часть всего ландшафта так называемой научной сферы, в финансовом выражении около 400 млрд рублей в год, — отмечает докладчик. Всё остальное — а это триллионы рублей — мало кем координируется, контролируется, и это большой пробел. Возникает вопрос: способна ли РАН взять под свой контроль этот процесс?

Дмитрий Маркович считает, что не способна, ведь это целая структура государственного управления. «Нужно создавать институты управления, которые бы могли совместно с РАН (которая в состоянии обозначить приоритеты) формировать эту политику».

Еще одним пробелом Маркович считает огромный дисбаланс в развитии научной образовательной структуры. Если взять картинку распределения научно-образовательных, инновационных центров в мире, подготовленную мировыми экспертами, на месте России мы увидим одно белое пятно. Поскольку основной критерий оценки — является ли действительно данный конкретный центр, данный город реальной концентраций с точки зрения инноваций, науки, образования. Это мнение экспертов, хотя, говоря о новосибирском Академгородке, мы можем с ними не согласиться, — добавляет докладчик.

«Ну ладно, мы можем внести сюда Академгородок, Москву, Санкт-Петербург, Казань — то есть то, где, по нашему мнению, велика концентрация научной и технологической мысли. Но всё равно — это очень мало по сравнению с Европой и Америкой, что создаёт глобальный дисбаланс: мы рискуем из-за оттока научных кадров за границу через несколько десятилетий получить опустевшую окраину империи»…

В поисках внятной стратегии

К сожалению, внятной стратегии, как переломить эту ситуацию, на государственном уровне не существует, как и действенных механизмов промежуточных стадий. В частности, региональные отраслевые стратегии как появляются, так и исчезают — безрезультатно, — обращает внимание Маркович. — Все риски нам известны. Можно говорить про инерционность, про отсутствие научно-технологической инициативы, тем более — она ориентирована на внешние рынки, которых уже нет. Комплексные научно-технологические программы, как инструмент, пока не работают: только три пока утверждено на уровне правительства, снова идёт переформатирование.

Говоря о роли и месте РАН в этом процессе, Дмитрий Маркович подчеркнул, что Академия не в состоянии заменить государственную структуру управления научно-технологическим комплексом. Её задача — организация процесса. При том, что даже если отчёты по проектам и сами научные проекты высоко оцениваются, нет системы, нет приоритетов, и этим нужно серьёзно заниматься. «Академия способна, на мой взгляд, стать главной межведомственной или надведомственной организацией, которая бы была в состоянии осуществлять координацию и служить интерфейсом. Это уровень реализации государственных приоритетов и площадка для независимого обсуждения».

Право на самодостаточность и инициативу

Должна ли Академия бороться, во главу угла ставить цель возвращения академических институтов как подведомственных организаций? Отвечая на этот вопрос, Маркович считает, что в этом вопросе нужно быть реалистами. «То, что ошибочно институты были переданы от РАН вначале в ФАНО, потом в министерства, обратного хода нет. Частично — да. Но главное: в качестве основной цели нам необходимо учреждение Академией новых структур междисциплинарного характера. Например, новосибирский СКИФ мог бы стать организацией, подведомственной РАН, в частности Сибирскому отделению. Это, я считаю, абсолютно оправдано и абсолютно правильно».

Кроме того, Академия наук, по мнению кандидата, должна иметь право инициирования и реализации крупных федеральных проектов. Пока реальных механизмов такого инициирования нет. Это могут быть проекты новой энергетики, проект импортозамещения фармацевтики, это скоростной наземный транспорт, продовольственная независимость, это экология, климат. Эти проекты, проблемы в определяющей степени мультидисциплинарны, и поэтому в этом плане РАН в лице своих тематических и региональных отделений могла бы быть интегратором.

В конце тоннеля будет свет

Касаясь международных научных отношений, выступающий, признавая естественным в данных политических обстоятельствах поворот на Восток и Юго-Восток, тем не менее, отметил: «Мы не должны жечь мосты. Мы должны поддерживать научные связи со своими коллегами, отдельными научными организациями и университетами на личностном уровне. Всё вернётся в нормальное цивилизованное русло, а восстанавливать утраченные научные связи будет гораздо сложнее. Научная дипломатия — это один из наших главных функционалов».

Дмитрий Маркович полон идей, и, по словам Валентина Пармона, хорошо знает, как, не нарушая сегодняшние законы, расширить функции и влияние Российской академии наук. «Если он станет президентом Академии, а мы на это надеемся, — сказал председатель СО РАН, — он поможет использовать опыт Сибирского отделения для того, чтобы РАН становилась более прочной».

Сергей ГОНТАРЕНКО

Мы в Телеграме

Добавьте нас в источники на Яндекс.Новостях

Если вы хотите, чтобы ЧС-ИНФО написал о вашей проблеме, сообщайте нам на SLOVO@SIBSLOVO.RU или через мессенджеры +7 913 464 7039 (Вотсапп и Телеграмм) и социальные сети: Вконтакте и Одноклассники

Новости партнеров:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *