Иконопись — это та же молитва: истории о промысле Божьем

Заходя в любой храм на службу, поставить свечу или просто на экскурсию, всегда поражаешься красоте росписи стен, ликам святых и Господа, которые, кажется, смотрят тебе в душу и знают все твои сокровенные мысли. Как удается иконописцам достичь такого высочайшего уровня? И кто имеет право писать иконы? На эти и другие вопросы ответил руководитель Свято-Макарьевского центра подготовки церковных специалистов протоиерей Александр Матрук и выпускницы иконописного отделения.

27 июня в Свято-Макарьевском центре подготовки церковных специалистов при Новосибирской православной духовной семинарии прошла защита выпускных квалификационных работ студентов иконописного отделения. Точнее, трех студенток. К этому знаковому событию они, под руководством преподавателей, шли долгих четыре, а кто-то и пять лет.

Итогом обучения стали три иконы: «Спас в силах» Алевтины Бухольцевой, «Святые равноапостольная Нина и великомученик Георгий Победоносец с избранными грузинскими святыми на полях» Натальи Казаковой и «Нерукотворный образ Спасителя» Евгении Лахиной.

— Все работы выполнены на профессиональном уровне и получили высокие положительные оценки, — сразу отметил отец Александр. — Студенты иконописного отделения изучают богословские предметы, историю искусства, осваивают различные технологии написания иконы, в том числе стенопись, энкаустику — это письмо горячим воском с добавлением пигментов, мозаику, резьбу по дереву и другие дисциплины.

Отец Александр: «Икона — окно в духовный мир»

Иконописное отделение Новосибирского Свято-Макарьевского православного богословского института было открыто в 2004 году. За это время было уже несколько выпусков — 27 человек, чьи работы сегодня можно встретить в Троице-Владимирском соборе, в храме в честь Покрова Пресвятой Богородицы, в Сергиево-Казанском храме в Краснообске и других.

— Отец Александр, что значит икону писать?

— Это целая наука! Писать икону надо учиться не один год, осваивать не только технику, но и знать богословие иконы, ведь это окно в духовный мир, для создания которого нужны знания.

— Раньше были иконописные артели, где каждый выполнял свою работу, один создавал контур изображения, другой прописывал лики святых, третий отвечал за прорисовку одежды, отдельный человек отвечал за работу с золотом. А сейчас как?

— Наши ученики умеют всё. И теоретически, и практически, от подготовки доски и нанесения левкаса до смешивания пигментов и работы с сусальным золотом. В иконе в миниатюре представлен весь мир, сотворенный Богом. Неодушевленная природа — это различные пигменты: минералы, мел, а живая природа — деревянная доска, белок куриного яйца, рыбный клей из осетровых.

— Как найти цвет, свет, правильную тень в иконе. Это секрет какой-то?

— Ну что вы, какие секреты, этому мы и учим наших студентов. Есть иконописный подлинник, каноны изображения того или иного святого, какой цвет и где использовать, но многое зависит и от мастерства иконописца. Не всегда же икона копируется, кто-то привносит своё, и получается собирательный образ, появляются какие-то детали в композиции.

— Недавно на экраны вышел фильм «Непослушник», где ученице школы при храме доверили написать лик святого на стене церкви, он получился с улыбкой, а вокруг облака в виде сердечек. Это допустимо?

— Это, конечно, художественный вымысел, есть строгие каноны, которые не допускают лишнего в изображении.

— Росписи каких храмов потрясли Вас лично?

— Это, конечно, наши древние храмы — Новгорода, Владимира, Суздаля, Троице-Сергиевая лавра, где находятся мощи преподобного Сергия Радонежского, московские монастыри. Удивительно расписаны и храмы, построенные и восстановленные в наше время, например Храм Христа Спасителя.

— Как Вы отбираете учеников в школу иконописи? Можно ли прийти без художественного образования?

— У нас есть вступительные экзамены, собеседование и проверка художественных способностей: дается время нарисовать копию какого-то фрагмента иконы акварелью, красками, и уже потом мы смотрим, на что студент способен. Желательно, чтобы абитуриенты имели художественное образование, но это необязательно. Иконописец — это не только и не столько художник, написание иконы — это большой труд: и физический, и молитвенный. Очень важно, чтобы человек был глубоко верующим.

— Что вы говорите своим ученикам, когда у них что-то не получается?

— Мы их подбадриваем, говорим: «Давайте вместе помолимся, и Господь поможет». В молитве обращаемся к небесным покровителям иконописания: первому иконописцу — святому апостолу и евангелисту Луке, преподобному Андрею Рублеву, преподобному Алипию, и чувствуем помощь небесную.

— Что для вас значит найти талант и раскрыть его в ученике?

— Человек не сам пришел к нам, его привел Господь. И наша задача: дать ему все знания, которыми сами обладаем, поддержать в сложную минуту, постараться воспитать иконописца, дать не только художественные навыки, но и воспитать человека православного. Это очень важно, ведь ему предстоит трудиться в Церкви и во славу Божию.

— Выпускницы 2023 года рассказали о чудесном стечении обстоятельств, которое привело их в центр иконописи, а вы верите в чудо?

— Чудеса случаются на каждом шагу. Только их нужно видеть. Чудо — это не что-то из ряда вон выходящее, это то самое стечение обстоятельств, которое происходит здесь и сейчас по воле Божьей, а не минутой раньше или минутой позже. В этом и есть чудо, как и то, как наши студенты находят информацию о нашем центре, определяют темы дипломных работ и пишут достойные иконы.

Алевтина Бухольцева: мечты сбываются

— Всё началось лет десять назад, мы жили в городе Алдане, настоятель храма иеромонах Макарий Золотавин пригласил иконописцев из Ставропольского края для росписи храма в честь святых Новомучеников и Исповедников Церкви Русской. Я тогда ходила в молодежный православный клуб «Наше будущее» и во время службы часто любовалась их работой, мне было интересно всё до мельчайших подробностей. В один из дней отец Александр Ретинский предложил мне поступить на иконописца в Москву. А я подумала, зачем в Москву, когда есть школы у нас, в Сибири. В интернете нашла Новосибирский богословский институт и с 2013 года стала готовиться к поступлению, получила диплом педагога дополнительного образования в Горно-Алтайском колледже культуры и искусства имени Г. И Чорос- Гуркина и после окончания в 2019 году учебного заведения поехала поступать в Новосибирск.

— Как Вам удавалось совмещать мирскую жизнь и учебу в духовной семинарии?

— Это организация собственного времени, которой я научилась, учась в колледже.

— Какими качествами должен обладать иконописец?

— В первую очередь честностью, смирением, потому что искушений очень много. Бывает, ты учишься, учишься и в какой-то момент сгораешь, а надо продолжать постигать азы иконописи. Потом — терпение, трудолюбие, желание, ответственность, ведь Бог дал нам талант и мы несем перед Ним ответственность. И, конечно, любовь: надо любить ближнего как самого себя, любить других и свою работу.

— Насколько сложно было здесь учиться?

— Если есть художественное образование, навыки, полученные в мирском художественном учебном заведении, то несложно, здесь трудности в другом.

В художественном вузе всё привычно — живопись, композиция, рисунок, в обычном видении картина — это прямая перспектива, а икона — это обратная перспектива, во время учебы в духовном учебном заведении появляются новые интересные богословские предметы, такие, как литургика, Священное Писание Ветхого и Нового завета, катехизис, история русской Церкви и другие. Здесь прекрасные педагоги — они хорошие наставники и помощники. У них большой опыт в преподавательской деятельности, они сами занимаются росписью храмов, золочением, написанием икон, они от чистого сердца передают нам свои знания и опыт. За 4 года мы столько всего узнали! Лично мне очень нравится византийский и московский стиль — это работы преподобного Андрея Рублева, Феофана Грека, Дионисия.

— Вы упомянули Андрея Рублева и Феофана Грека. Представим себе машину времени, и у вас есть возможность с ними встретиться и задать вопрос?

— Прежде всего я сказала бы им спасибо: «Насколько Господь сподобил вас писать иконы, потому что те иконы, которые дошли до наших дней, — это огромная ценность для России и всего христианства, ведь последующие поколения иконописцев учатся на ваших образцах». Это великие мастера!

— Чем дальше планируете заниматься?

— Поскольку у меня уже два образования — педагог-художник и иконописец, то в дальнейшем хочу писать иконы для действующих и новых храмов города Новосибирска и всей Сибири.

Наталья Казакова: в иконописи я нашла себя
В Новосибирск Наталья приехала из Нерюнгри, по профессии она социолог, работала в различных фирмах, получала хорошую работу, но всё время что-то её не устраивало. Она искала себя.

— Отдушину я нашла в вышивке икон бисером. С работы бежала домой, чтобы взяться за работу для души и сердца. В итоге я подарила всем своим знакомым, родным, племянникам, крестникам образы святых. Сколько бы это продолжалось — не знаю, но однажды моя свекровь предложила: тебе надо писать иконы. Я никогда о таком даже не помышляла, у меня нет художественного образования.

Мысль запала в душу, и события стали складываться особым образом, в храме, куда я ходила уже полгода, вдруг, как в первый раз, я увидела объявление о наборе летом на отделение иконописи, но там было ограничение по возрасту — 35 лет, а мне 33! Меня охватила паника — я всё на свете пропустила, опоздала. До вступительного испытания в школу иконописи было полгода, я пошла на курсы по изучению основ живописи. В итоге я поступила, и это был день моего рождения, это был подарок от Бога. Здесь я нашла себя и Божественную Благодать.

— Как Вы выбрали тему для диплома?

— Это уникальный случай, первое чудо, что я поступила в школу иконописания, а тема моей работы — это второе чудо: грузинская икона, которую мне предложил написать отец Александр.

Сегодня в Новосибирске на территории Кадетского корпуса строится новый храм в честь святой равноапостольной Нины, просветительницы Грузии. И была идея изобразить на иконе саму святую Нину и великомученика Георгия Победоносца, особо почитаемого в Грузии. До этого момента я практически ничего не знала про грузинскую церковь, а тут открыла новую единоверную страну, её историю, традиции, святых, много узнала о жизни и подвиге святой Нины и царях, причисленных к лику святых. Я весь год прожила в этой теме, которая стала для меня близкой и интересной.

Знаете, свекровь, которая посоветовала мне поступить на иконописца, звали Нина, но когда я начала писать диплом, она сильно заболела, упокоилась… Я писала работу и постоянно молилась святой Нине. Когда такую икону передаешь в храм — это как молитвенное поминовение.

— Что для иконописца главное?

— В первую очередь он должен верить в Бога. Когда веришь, то и Бог тебя ведёт и люди находятся, поддерживающие тебя на этом пути. Даже в материальном плане всё образуется. Например, я когда поступила сюда учиться, то семейный бюджет, естественно, уменьшился, и тут мужа повышают в должности на работе и добавляют в зарплате ровно ту сумму, что я получала ранее. Поэтому, когда ты хочешь, когда ты веришь и молишься, тогда и возможности для обучения находятся.

— Что бы хотелось написать?

— Хотелось бы ещё написать иконы грузинских святых для нового храма.

Евгения Лахина: икона всю жизнь меня притягивала

Евгения — тот случай, когда желанию исполнить мечту и возраст не помеха. В 2008 году она приехала в столицу Сибири из Владивостока.

— Когда я пришла к вере, мне было лет тридцать, в России было непростое время, появилось много различных церквей, и у нас на работе были настоящие баталии — кто-то ходил в протестантскую церковь, кто-то в католическую и даже в секты. И я честно не знала, что тогда сказать, это меня и подтолкнуло на более глубокое изучение православия и всего, что связано с иконами. Я уверена, надо знать, во что и в кого ты веришь, что дозволительно, а что под запретом. По профессии я музыкант, поэтому сразу пошла петь в Казанский храм во Владивостоке, там быстрее прошло мое воцерковление, а после переезда в Новосибирск я стала петь в храме в честь иконы Божией Матери «Знамение-Абалацкая» на Учительской. Вера стала неотъемлемой моей частью: было интересно читать, изучать всё, что связано с богословием.

— Что Вас подтолкнуло поступить в школу иконописи?

— У меня сын после православной гимназии и семинарии поехал в Троице-Сергиеву Лавру и поступил в иконописную школу при Московской духовной академии. Когда он отучился и вернулся в Новосибирск, я поступила на иконописное отделение в Свято-Макарьевский центр.

— Что для вас икона?

— В первую очередь проповедь. У меня дипломная работа — «Спас Нерукотворный», и сейчас, если бы у нас были разговоры в трапезной, как много лет назад, то я бы сказала, что сам Господь нам велел писать иконы, утерев лицо платом, на котором отобразился Его Пречистый Образ.

— Тему для диплома долго выбирали?

— По семейным обстоятельствам я ушла в академический отпуск, и если у девочек-сокурсниц были встречи со священниками, они получили заказы для конкретных храмов, то я уже подстраивалась под иконную доску, которая у меня была. Под размер подходил «Спас Нерукотворный». Я начала изучать новгородские «таблетки» — миниатюрные изображения, новгородскую школу иконописи ХV века, которую потом объединили с московской школой. Когда я увидела, какие шедевры были написаны мастерами того времени, то поняла: можно всю жизнь посвятить изучению их мастерства и невозможно даже к ним приблизиться.

За свою дипломную работу я получила «четверку», и я счастлива! Я справилась. Если взять Алинину работу, то у нее очень большая работа и много видов техники: какая резьба по золоту, само золочение,
какое сочетание красного, синего и зеленого — это цвета, которые всегда спорят между собой, а у нее такая гармония. У Наташи — грузинская работа, ей надо было стать грузинкой на это время, увидеть грузинскими глазами цвета, формы.

— Вы обменивались мнениями с однокурсницами в ходе работы над дипломами?

— Конечно, мы постоянно встречались, обменивались нюансами технологий, не скрывая никаких секретов. Если ты что-то узнал, значит, Господь тебе позволил это узнать. Мы делились лайфаками, как сейчас говорят, это же проявление любви к ближнему. По сути, иконописец пишет свой внутренний мир, опираясь на полученные навыки. Посмотрел на икону — и всё понятно, приходишь в тюрьмы, где люди духовно травмированы, — у них и образы святых другие, придёшь в монастырь, там монахи пишут, — и совсем другой образ.

— Ваш сын тоже закончил иконописную школу, как он оценил дипломную работу мамы?

— Он сказал: молодец, мама, теперь ты официально мой коллега. Такая оценка дорогого стоит.

Елена Владимировна Данишевская: учим во славу Божию

Елена Владимировна — бессменная заведующая иконописной школой с 2004 года. В каждом студенте она ещё на собеседовании может разглядеть Божью искру, талант, трудолюбие и желание прикоснуться к удивительному направлению художественного искусства.

— Самое главное, чтобы человек был православной веры и трудолюбив, ведь ставятся такие высокие цели, как написание икон, росписи храмов, где без терпения и смирения не обойтись. Мы очень довольны выпускницами этого года, очень достойные дипломные работы. Сейчас готовимся к новому набору, он будет в августе. К нам приходят люди после школы, колледжей, вузов, с художественным образованием и без, с жизненным опытом и разного возраста (например, самому возрастному студенту было 54 года). Мы всем даём возможность пройти обучение, и они успевают ещё потрудиться во славу Божью, — говорит она.

В наше время, слава Богу, строятся храмы, и новосибирские иконописцы готовы приступить к их росписи.

— Когда мы стоим пред иконой, мы в молитве обращаемся ко Господу Иисусу Христу, Божьей Матери, ангелам и святым угодникам Божиим. В этот момент мы не различаем краски, доску, материалы и тому подобное, для нас важен образ Того, к Кому мы обращаемся, у Кого просим защиты и помощи, Кого благодарим. Икона помогает настроиться на молитву, открыть окно в горний мир — мир Божественной любви. На иконах, помимо Бога и ангелов, изображаются святые — то есть такие же люди, как мы, но своим жизненным подвигом они достигли того, к чему мы только стремимся и что является главной целью жизни каждого христианина. Икона призвана напоминать человеку о необходимости стремления к Богу, к тому Первообразу, по которому создан каждый из нас, — сказал руководитель Свято-Макарьевского центра подготовки церковных специалистов протоиерей Александр Матрук.