Тренер-эпоха и гуру борьбы. О судьбе и работе Почетного жителя Новосибирска Виктора Кузнецова

Напомним, заслуженному тренеру СССР и России по классической (греко-римской) борьбе Виктору Михайловичу Кузнецову присвоено звание «Почетный житель города Новосибирска». Кстати, уже более 40 лет он участвует в жизни Регионального центра спортивной подготовки (ранее – Школа высшего спортивного мастерства), которому в этом году исполняется 80 лет.

В пантеоне отечественного спорта есть фигуры, чья слава ослепительна и публична. И есть те, кто стоит в тени пьедесталов, но чье присутствие ощущается в каждом грамме медали, в каждом содрогании соперника от мощи воспитанного им атлета. Виктор Михайлович Кузнецов – не просто тренер. Он – инженер человеческой воли, создатель непобедимой системы, алхимик, превративший природную силу в абсолютное оружие. Мэтр, чье имя навсегда сплавлено с именем величайшего борца в истории – Александра Карелина. В числе его учеников – олимпийские звезды первой величины, а его жизнь – это история о том, как однажды найденный и отшлифованный бриллиант может изменить представление о самой сути борьбы.

Техничный и неуступчивый

Виктор Михайлович Кузнецов – человек, посвятивший греко-римской борьбе всю свою жизнь. В 1958 году тогда еще молодой парень впервые ступил на соревновательный ковер в родном Новосибирске. В поединках был очень неуступчивым, даже когда напротив стояли признанные авторитеты из мира борьбы, и при этом техничным и тактически подкованным спортсменом.

– Спустя два года после начала занятий я одновременно входил и в юношескую, и во взрослую сборную города, – вспоминает мастер спорта СССР. – Первым номером России или Советского Союза я, конечно, не был, но проигрывал редко, в крайнем случае была ничья со «сборниками». Если и случались поражения, то в один балл или из-за предупреждения. Таких схваток, чтобы соперник меня бросал и побеждал за явным преимуществом, даже и не припомню. На первенстве Россовета «Динамо» с его добротным составом участников выигрывал почти всегда. На первенстве Центрального Совета «Динамо» было посложнее, но и там все время был в тройке. А в этой организации состояли члены российской и союзной сборной – в общем, самые сильные.

Крест на большой спортивной карьере поставила болезненная травма. Но бороться Кузнецов не бросил даже после неприятного эпизода. И руки не опустил.

– Еще будучи юношей, я боролся среди взрослых по линии ЦС «Динамо» – там выступали победители и призеры чемпионатов СССР и мира, – повествует Виктор Михайлович. – Я был готов выиграть соревнования, но все перечеркнула третья встреча. После шести минут борьбы была ничья. По жребию меня поставили первым в партер. Соперник вытащил меня и хотел бросить меня задним поясом, а я держался до последнего. Упал на локоть, и рука «выскочила».

Привычный вывих плеча – одна из самых страшных травм. Оперировать в данном случае бесполезно. Зная это, я все время «закачивал» руку с резинкой, держал в тонусе. Тем не менее та травма меня сильно сковала, связала и мешала. Впоследствии старался в основном бороться в стойке – так и выигрывал, до партера доводил редко. Но рассчитывать на что-то большое в масштабе Союза уже не приходилось.

Уже став тренером, Кузнецов все еще оставался действующим спортсменом, совмещая две ипостаси. Однако время и результаты подопечных показали, что его главное призвание – быть наставником. Мудрым, рассудительным и, что важно, со своим уникальным видением и универсальным стилем, который отлично подходил под разные весовые категории.

Философия борьбы

У Кузнецова собственная философия борьбы, которой придерживался он сам и которую он прививал и прививает воспитанникам. В своих занятиях он делал упор не на грубую силу, а на переигрывание оппонента тактически и технически.

– Насчет весовых категорий я никогда не заморачивался, – признается ветеран спорта. – В отличие от многих своих соперников, физически здоровых, вес я никогда не гонял. Более того, мог сам весить 74 кг, а бороться до 78. Старался нажимать на технику и тактику. Брал в оппоненты чуть ли не тяжеловесов и свою борьбу строил на обыгрывании. Будучи тренером, тоже никогда не заставляю юношей гонять вес. Считаю, что вес – не главное.

В зале я мог стоять в парах хоть с кем и любил проводить приемы, что в сегодняшней борьбе редкость. Соревновался до 1967 года. Однажды боролся с крепким парнем и рука на накате снова «выскочила». Продолжать выступления было рискованно, и я закончил.

Кузнецов – ходячая энциклопедия новосибирской классической борьбы, начиная с послевоенных лет и до наших дней. Про этот традиционный вид спорта, известный с античности, он может рассказывать часами и с упоением. А сколько он хранит в памяти всевозможных историй! Забавных и поучительных, веселых и жизненных.

– У нас в зале был двукратный чемпион России – крупнее меня, как танк! Бывало, затравишь его: «Ты две России выиграл в «полутяжах», а я 74 кг вешу, и ты ничего мне сделать можешь!» Он был очень здорово готов функционально: руки снизу «пробивал» и переводил соперника в партер своим коронным приемом. А я эти вещи практически не пропускал, да еще и мог сам его прихватить. И вот у него глаза по пять копеек, и он, разозлившись, прет на меня, – улыбается патриарх новосибирской борьбы.

Кузнецов-борец умел предвидеть следующий ход оппонента – тому же учил и учит и своих воспитанников. В какой-то степени его собственную манеру борьбы можно было назвать игровой – такая нравится зрителю.

Новосибирский специалист начал тренерскую деятельность, еще учась в физкультурном техникуме. А еще мэтр никогда не чурался черновой кропотливой работы. Регулярно посещал небольшие спортзалы в поисках талантов и самородков, и однажды эти поиски увенчались стопроцентным успехом.

– Я тренирую с 1962 года. В Новосибирске около 35–40 тренеров, и за это время они не подготовили ни одного чемпиона мира. Это говорит о чем? Мне не просто везло – дело в том, что я немного по-другому относился к тренерской работе. Обошел все школы города, искал и просматривал талантливых ребят, проверял их по нормативам.

Предупреждал: кто не будет соответствовать в плане общей физической подготовки и техники и не будет участвовать в соревнованиях, того буду отчислять. Они это знали, и все пахали!

В те времена у тренера был выбор. Сейчас – по-другому, отношение у спортсменов иное. Им показываешь и рассказываешь, а они выполняют так, постольку поскольку… Говорю: «Раньше я бы уже выгнал вас всех! Так нельзя относиться к делу! Так не пойдет!» Чтобы добиваться результатов, нужно искать таланты. Необходимы и характер, и психология, и огромное желание. Когда все это сходится, тогда и результаты есть.

Прочный фундамент: встреча творца и феномена

В 1981 году в скромный новосибирский зал, где работал уже состоявшийся, но еще малоизвестный тренер Виктор Кузнецов, пришел необычный подросток. Александр Карелин – огромный, еще неловкий, но уже излучавший невероятную природную мощь – поначалу не вписывался в каноны. Многие видели лишь нескладного великана. Кузнецов же разглядел идеальный материал для своей системы. Он сам, как борец, понимал границы обычных методик. И с первых же дней начал строить не спортсмена, а явление.

Кузнецов отказался от шаблонов. Он начал с фундамента – формирования такой физической базы, какую мир еще не видывал. Тренировки превратились в своего рода эксперимент, где привычные упражнения изрядно модифицировались, дабы развивать именно борцовскую, взрывную силу. Легендарный «обратный пояс» Карелина, его стальные руки, способные контролировать любого соперника, – это были не только дары природы, но и во многом результат тысяч часов работы по уникальным «чертежам» Кузнецова. Тренер ввел в обиход силовые упражнения с тяжеленной штангой – они стали неотъемлемой частью рутины, закладывавшей основу будущего доминирования.

Кузнецов в деталях помнит день, когда к нему на ковер впервые явился тогда еще юный Карелин. Не обратить на того внимание было невозможно.

– Как не помнить? – переспрашивает выдающийся тренер. – Я бегал по залам и занимался набором. Саша выделялся своим телосложением: в 13 лет в нем уже было примерно 177 сантиметров роста и 77 кг веса. Тяжеловеса найти всегда непросто, а он идеально подходил по фактуре. Надежда затеплилась сразу, но «тяжи» зачастую ленивые: вес большой – отжаться, подтянуться и работать над собой им сложнее и не хочется.

Александр был не из таких. Он и в этом отношении выделялся: был трудягой. Какие задания ему ни давал, он выполнял от и до. Хотя сложные моменты были. После года занятий Карелин здорово травмировался на первенстве Новосибирска – сломал ногу, лежал в больнице.

Летом в спортивном лагере все бегали, а он ходил на костылях, но к концу сезона восстановился. Пока ребята возились на ковре, он катался на лодке, поднимал штангу, работал руками. Карелин действительно много трудился, и я на него надеялся.

Результаты не заставили себя ждать – он стал попадать в призы и выигрывать – и постоянно шли в гору. Еще юношей он победил на молодежном первенстве мира и стал подключаться ко взрослой команде.

---

Заслуженный тренер СССР и России по классической борьбе Виктор Кузнецов – один из ветеранов Регионального центра спортивной подготовки. Он пришел в ШВСМ в далеком 1985-­м и уже более 40 лет участвует в жизни учреждения.

История Виктора Михайловича достойна отдельной книги. Будущий наставник Александра Карелина родился в Новосибирске в год начала Великой Отечественной войны и рос в многодетной семье.

«Конечно, наше детство нельзя сравнить с тем, что есть сейчас, – констатирует мэтр. – Было тяжело буквально во всем. У меня отец один работал, а нас пять человек было, и надо всех прокормить. Постоянно чего-­то да не хватало. Зарплаты небольшие были.

Занимались в ограде – кто боксом, кто борьбой.

Я пришел в секцию в 14 или 15 лет. Для меня сборы как праздник были!  Это ж можно было три раза в день в столовой есть: первое, второе, третье (смеется)! Естественно, дома такой возможности шибко не было. И потом, сборы – это возможность куда­-то съездить.

Прежде я дальше Тогучина никуда не выбирался. А тут первая поездка – и сразу в Калининград. Я через всю страну проехал: посмотрел и Москву, и Ленинград. Это все интересно, это стимулирует. Это сейчас этим никого не удивишь. А тогда время другое было, и отношение к делу – тоже. Трудились, никто никого не заставлял – сейчас вот заставляю, а тогда все понимали, что, чтобы что-­то показывать и побеждать, надо работать. Вот и работали, добивались».

---

Генерал ФСБ и ШВСМ

В Школу высшего спортивного мастерства, как ранее назывался Региональный центр спортивной подготовки, Виктор Кузнецов пришел в 1985 году. В ту пору он, по собственным словам, работал в сложной обстановке, и сотрудничество с учреждением оказалось глотком свежего воздуха. ШВСМ сыграл поворотную роль в судьбе тренера, столкнувшегося к тому моменту с подковерными играми.

– У меня были завистники, которые не знали, как от меня избавиться, – вспоминает Виктор Кузнецов. – Одно время меня просто не пускали на тренировки в «динамовский» зал, строили козни. Тогда я устроился в ШВСМ, куда брали тех, кто показывал результаты на российском и союзном уровнях. Меня с удовольствием приняли. Помимо Александра, который состоял в сборной СССР, у меня на тот момент были и чемпионы России. Проводил много времени на олимпийской базе ШВСМ, занимаясь со своими воспитанниками.

О трудностях и невзгодах Виктор Михайлович рассказывает с улыбкой. Требовательный наставник за пределами борцовского ковра на глазах меняется. Вне работы он жизнерадостный и душевный человек, который мигом располагает к себе.

– Когда я хотел уходить из «Динамо» в армию, мне помог генерал, – продолжает мэтр. – Проблем было очень много, и через все это нужно было проходить. Но, наверное, есть на свете какие-то высшие силы. Бывает, даже в безвыходном положении кто-то попадется и тебе поможет.

В «Динамо» мне встретился генерал Николай Степанович, который служил в ФСБ. Доложил ему, что собираюсь уходить из клуба. Он вмешался, и сразу все встало на свои места! И зал освободили, и другие вопросы решались. Взял себе в помощники тренеров и вместе с ними работал – с тех пор никто в «Динамо» мне больше не мешал.

Я и по сей день дружу с Николаем Степановичем – недавно ему исполнилось 90 лет. Благодаря такому человеку у меня все сложилось. А иначе, кто знает, может, и не получилось бы… Надо было решать вопросы, в том числе материальные: с квартирой, машиной – и мне, и ученику. В то время это все было не так просто… А при такой ситуации, какая складывалась у меня, работать становилось практически невозможно.

На уровне национальной команды у тренера из Сибири тоже поначалу не все было гладко. Его новаторские методики не всегда находили понимание у коллег. Необходимо было отстаивать свою правоту и зарабатывать авторитет через доминирование своего спортсмена.

– Проблемы были и в сборной, – откровенничает неординарный специалист. – Были несогласные, но мы с Карелиным доказывали все результатами и чистыми победами. Говорили, дескать, я не так тренирую. Никто так не боролся в тяжелом весе, как он: все боролись в захватах, а он – на руках.

Секрет в том, что я работал со своими учениками с самого начала, я их набирал, давал основы, раскрывал. Смотрел, у кого что получается лучше, а в сборной индивидуально ни с кем не занимались, будь ты хоть чемпион мира и олимпиец.

В тяжелом весе в стране были призеры и победители чемпионатов Европы и мира. Я тренерам сборной говорил: «Их готовьте, а в наши дела не лезьте, мы работаем по своей системе». Единственным спасением было то, что Карелин выигрывал любые соревнования. Были такие парадоксы: здесь меня критиковали, а в это время Александр получал приз лучшему борцу чемпионата мира. Приходилось доказывать правильность своей методики результатом, только так и никак иначе!

«Архитектор» 13-летней гегемонии: от Сеула до Сиднея

Под руководством Кузнецова Карелин не просто выигрывал – он переписывал историю спорта. Их сотрудничество породило беспрецедентную серию побед, каждая из которых была тактически выверена тренером.

На Олимпийских играх 1988 года в Сеуле 20-летний Карелин, усиленный грамотной стратегией Кузнецова, сокрушил всех соперников, включая признанного фаворита болгарина Рангела Геровски. Это золото стало первым китом их системы.

– Честно говоря, никто из тренеров сборной не планировал, что Александр попадет на Олимпиаду-1988. Внутри страны была сумасшедшая конкуренция! Основным претендентом на выступление в Корее был двукратный чемпион мира Игорь Ростороцкий, его позиции казались незыблемыми.

Что подкупало: Карелин верил в меня, а я в него. Мы сообща доказывали свою состоятельность. Подготовились к предолимпийскому чемпионату СССР так, что он буквально положил Ростороцкого на лопатки: 8:0 за три минуты. Куда тренерам сборной было деваться? Так Александр завоевал право поехать на свои дебютные Олимпийские игры, где потом и победил.

Четыре года спустя, в Барселоне, Кузнецов подготовил своего подопечного к рангу абсолютного фаворита. Карелин выиграл все схватки на туше, не отдав соперникам ни одного балла, – статистическое чудо, зарожденное в новосибирском зале.

Апофеозом их совместной работы стали Игры в Атланте-1996. К тому времени Карелин нес на плечах бремя длительной непобедимости и статус живой легенды. Давление было колоссальным. Именно тогда гений Кузнецова как психолога и тактика проявился в полной мере, учитывая, что в США россиянин выступал после тяжелой травмы. В финале против хозяина ковра Мэтта Гаффари он не дрогнул ни на секунду. План схватки, разработанный тренером, принес третье олимпийское золото – победу не только тела, но и разума над болью и обстоятельствами.

Под началом Кузнецова Карелин выиграл 9 чемпионатов мира, 12 чемпионатов Европы и 13 лет подряд не знал поражений на крупнейших международных турнирах. Это была не полоса везения – это была работа безупречного «механизма», отлаженного до совершенства одним человеком.

Тонкая работа

На протяжении многих лет потрясающий дуэт сурового гиганта Карелина и интеллигентного Кузнецова гремел на весь мир. Этот уникальный симбиоз ставил в тупик и укладывал на лопатки могучих атлетов. Как спортсмен и тренер, ученик и учитель, они превосходно дополняли друг друга.

– Это тонкая работа, – характеризует свое взаимодействие с подопечными наставник. – Это не так просто: подготовил спортсмена, и он тут же попер! Когда в отношениях «тренер – спортсмен» все взаимно, тогда вы и добиваетесь результата. Поэтому у меня с Александром и получилось.

В советские и перестроечные времена у нас в стране было пять олимпийских чемпионов по греко-римской борьбе, двукратных – только два. А трехкратный – один в мире, Карелин. Когда человек выигрывает Олимпиаду, он становится самостоятельным. Одному квартиру пообещали – уехал, другой сменил тренера. Порой с этой возней заканчивается и карьера.

Карелин же был непреклонен. Многие лезли к нему с настойчивыми советами, но он убедился, что все, что мы с ним решаем и делаем, это оправданно. Никого постороннего он не слушал – так мы шли вперед.

Виктор Кузнецов требует от своих подшефных максимума. Если в чем-то ученик, по его мнению, недоработал или мог сделать лучше, он не станет молчать, а прямо выскажет свое недовольство, даже если речь идет о мастерах высочайшей пробы. Финал Олимпийских игр в Сиднее-2000 он вспоминает с досадой. Тогда Карелин, будучи стопроцентным фаворитом, довольствовался в поединке с американцем Рулоном Гарднером серебром.

– Жалко только, что не сложилось на четвертой Олимпиаде, – сетует тренер Карелина. – С одной стороны, в Сиднее вмешался случай. Ситуация была двоякая: Гарднер в одном из эпизодов нарушил правила: судьи сразу дали балл в нашу сторону. Но, когда стали разбираться, прибежал представитель международной федерации, собрал всех судей и увидел у Карелина более грубое нарушение. Тогда были правила, что нельзя распускать захват, что допустил Александр. Так решилась судьба золотой олимпийской медали.

С другой стороны, искать причины на стороне проще всего. Карелин сделал то движение на автомате. Надо было получше размяться, включиться с самого начала. Он маленько расслабился, думал, что так и так выиграет. А тот такой темповик, неудобный соперник, да еще и настроился как никогда. Жаль, все-таки золото есть золото.

Новая вершина: от тренера Карелина – к школе чемпионов

Долгие годы новосибирского специалиста знали в широких кругах как тренера непобедимого Карелина. Вместе с тем величайшим доказательством универсальности системы Кузнецова стал взлет Романа Власова – двукратного олимпийского чемпиона (Лондон-2012, Рио-2016) в среднем весе. Если Карелин был создан Кузнецовым с нуля как уникальный артефакт силы, то пример Власова стал ярчайшим подтверждением того, что методология тренера способна довести до абсолютного совершенства талантливого, но еще «сырого» парня.

Власов пришел к Кузнецову подающим надежды мальчиком. Но именно под руководством Виктора Михайловича он превратился в эталон техничной, умной и неудержимой борьбы. Кузнецов не стал ломать его наметившийся стиль, но выстроил вокруг него непробиваемый фундамент своей системы. Он развил у Власова ту самую «мертвую» хватку, которая стала его козырем, довел его форму до пика и отточил его коронные приемы, такие как бросок прогибом, до состояния сверхточного оружия.

– Власов тоже был в моей группе почти с самого начала, – рассказывает Кузнецов. – Он только приступил к участию в соревнованиях, когда я его заметил. Я работал с двумя тренерами – они занимались первоначальным набором, а я отбирал из тех, кто выступал на первенстве города (это примерно 10–11 лет). Тех, кто попадал в призы, приглашал в свою группу спортивного совершенствования. Власов стал заниматься у меня где-то с 11–12 лет.

На Играх в Лондоне тактический гений Кузнецова проявился вновь. Под его началом Власов провел едва ли не образцовый турнир, а в финале чисто, с холодной точностью переиграл действующего чемпиона мира, армянина Арсена Джулфалакяна.

Четыре года спустя, в Рио-де-Жанейро, защищая титул, Власов вновь был тактически безупречен, доказав, что его первая победа не была случайностью, а стала закономерным итогом работы в школе Кузнецова. Подготовка Власова к этим триумфам – от анализа соперников до психологического настроя – полностью лежала на Викторе Михайловиче, подтвердив, что его гениальность не ограничилась созданием одного феномена.

– Рома – способный парень, мог добиться даже большего, если бы в какой-то момент у него не пошел в сборной очевидный крен в сторону партера. С Карелиным они совершенно разные, – сравнивает двух своих самых именитых подопечных наставник. – Единственное, что их объединяет, – это то, что оба бойцы. Стиль борьбы, техника – у каждого была своя. Главное в любом виде спорта – это характер, умение мобилизоваться. У всех это происходит по-своему: кто-то, как говорят, горит больше, кто-то – меньше. Возможности могут быть огромные, но раскрыть их и в нужный момент собраться способен далеко не каждый. Карелин и Власов могли это как никто.

Стратег в масштабах страны

Успех Кузнецова как творца побед Карелина был столь оглушителен, что закономерно привел его к назначению тренером национальной сборной по греко-римской борьбе. Тот опыт стал важной вехой в его биографии, доказав, что его методики универсальны и способны поднимать на высший уровень не только уникальных феноменов, но и целую команду мастеров.

После завершения карьеры великого ученика Виктор Михайлович оставался верен своим принципам: фундаментальная сила, интеллектуальная подготовка к каждому поединку, железная дисциплина. Он не пытался клонировать Карелина – это было невозможно. Вместо этого он стремился внедрить свою методологию, свой аналитический подход в подготовку растущих талантов.

Его авторитет, выкованный в тишине новосибирского зала и подтвержденный громом олимпийских триумфов, был и остается непререкаем. Его задача состояла в том, чтобы передать не просто приемы, а особое состояние – состояние готовности к предельной конкуренции, к тому, чтобы каждое движение на ковре было осмысленным и неотвратимым.

Разглядеть дар божий и искру в юном спортсмене, а затем и разжечь пламя таланта – это надо уметь. Воспитание большого чемпиона – не то ремесло, которое можно поставить на поток. Это точечная филигранная работа и дело, которым мастерски владеет Кузнецов.

– Перспективы оцениваешь по соревнованиям – для этого надо набирать и отбирать. Но, естественно, все разные, – объясняет заслуженный тренер СССР и России. – Даю подросткам базу – задания в стойке и партере – и смотрю, у кого как получается в работе. Затем идет отбор, и у некоторых появляются результаты. Многие из моих учеников выигрывали юношеские и молодежные первенства Европы и мира, но до высочайших результатов дошли единицы.

Главное – желание работать, не лениться. У меня был период, когда я после армии два года работал в институте. Там зарплата была больше, и работать в разы легче, бегать ни за кем не надо. Наоборот, за тобой еще бегают, чтобы получить зачет. Но я по натуре другой: я не могу не видеть результаты своей работы. Просто проводить уроки физкультуры – это не мое, поэтому я посвятил всю жизнь тренерской деятельности.

Розы в саду

Даже находясь в почтенном возрасте, тренер продолжает по возможности курировать подготовку молодых борцов региона. Обычная жизнь среднестатистического пенсионера – не для него. В свои годы он необычайно активен. У Виктора Михайловича накоплен гигантский багаж знаний, умений и навыков, которыми он и по сей день охотно делится с набирающими обороты атлетами, давая ценные советы.

Кузнецов взрастил не одно поколение чемпионов. А еще у него есть отдушина – собственный сад на даче. На своем земельном участке он уже много десятилетий выращивает розы. По праздникам ветеран тренерского цеха одаривал этими прекрасными цветами женщин-коллег по ШВСМ (РЦСП).

– Люблю посадить цветы и наблюдать, как они растут, распускаются, – отмечает патриарх новосибирской борьбы. – Раньше у нас с женой была дача в Нижней Ельцовке, но по состоянию здоровья уже было тяжко за всем ухаживать. Поэтому переехали в другую сторону, ближе к Красному Яру. Там у нас благоустроенный участок: и газ, и горячая вода проведены.

Я и на прежнем месте увлекался выращиванием цветов, и на новом. Розы нравятся больше всего. С уходом особых сложностей нет: надо поливать, рыхлить землю и прочее. Больше спорим с супругой насчет других посадок – тяжело с годами стало… У нас в огороде все растет: по привычке сажаем лук, чеснок, помидоры, огурцы и все на свете. Каждый год твердим: «Все, больше не будем!» Но все равно на последнем дыхании стараемся все делать (улыбается). Зимой на дачу не ездим, а летом я почти все время там.

Создатель системы, доказавшей свое превосходство

Тренер-эпоха – так можно назвать Виктора Михайловича Кузнецова. Своими умелыми руками он выковал систему, неоднократно подтвердившую свое превосходство на мировом ковре. Он всегда был рядом со своими подопечными и чувствует с ними особую связь.

– Я летал на все Олимпийские игры, где выступали мои ученики – Сан Саныч Карелин и Рома Власов. Все время ездил на крупные турниры, такие как чемпионаты мира и Европы. Сейчас, когда вспоминаешь, уснуть не можешь, – улыбается опытнейший наставник. – Иногда смотрю телевизор, международные новости – передачи заканчиваются поздно, а в голову лезут воспоминания о работе, поездках. Берешь газету, читаешь, чтобы отвлечься и задремать… Помню все основные встречи своих спортсменов, особенно на Играх. Олимпиада – есть Олимпиада, она – вершина спортивного мастерства.

Более того, я, как стал с Сан Санычем выезжать, не пропустил ни одного сбора. И все это не впустую! Подготовить за жизнь одного чемпиона мира уже считается удачей для тренера, а у меня сложились так, что ученики 19 раз выигрывали этот титул. Плюс завоевали пять золотых и одну серебряную олимпийские медали. В общем, проработал не зря, чего-то тоже достиг – самому приятно.

Среди воспитанников Виктора Михайловича можно выделить и четырехкратного чемпиона мира Владимира Зубкова, который блистал на международной арене в наилегчайшем весе в первой половине 70-х. Кузнецов, будучи профессионалом особого калибра, способен найти подход как к шустрому легковесу, так и к грузному «супертяжу», а ведь борьба в столь разных категориях заметно отличается.

Его методики и принципы тотальной подготовки, основанной не только на физической силе, но и на интеллекте, стали классикой, учебником для новых поколений тренеров. Он доказал, что тренер – это профессия творца и стратега государственного масштаба и что можно, оставаясь в относительной тени, создать силу, которая будет определять лицо мирового спорта на протяжении долгих лет. Триумфы Карелина и Власова – это разные грани одного мастерства.

Три олимпийских золота, девять мировых чемпионств и тринадцать лет безраздельного господства Александра Карелина, а затем две золотые олимпийские медали Романа Власова – это не только их личные награды. Это величайший тренерский проект. И на каждой из этих медалей, отлитых из сибирского характера и новосибирской воли, лежит незримая, но неизгладимая печать Виктора Кузнецова.