Вячеслав Прибытко: «Любить землю мало, нужно с ней работать»

Крестьянско-фермерскому хозяйству Вячеслава Прибытко в этом году исполняется 10 лет. За это время многое изменилось – техника и технологии, подходы к земле и экологии, бизнес-модели и меры господдержки, неизменным остался оптимизм Вячеслава Юрьевича и его любовь к своему делу. Кстати, он является одним из родоначальников и членом правления ассоциации крестьянско‑фермерских хозяйств «Народный фермер Сибири», созданной в июле 2026 года, главная задача которой – представление интересов фермеров Новосибирской области и конструктивный диалог с властью. Важно, что недавно на всероссийском форуме «День поля» она подписала соглашение с федеральной ассоциацией «Народный фермер» под председательством известного фермера и сыровара Олега Сироты.

– Сложные времена проходят, – уверен Вячеслав Прибытко. – Но если мы выживем в эти времена, достойно пройдем через трудности, мы будем готовы ко всему. Не я придумал: «Сложные времена рождают сильных людей». Выстоим – станем сильнее.

– Вячеслав Юрьевич, но времена всегда трудные: прошлое лето было дождливым, это – жаркое, каким будет 2027 год – не известно. Выходит, фермер постоянно в режиме «выживание»?

– Так Сибирь – зона рискованного земледелия, никто не обещал, что будет легко.

У меня довольно широкий круг общения в данном сегменте бизнеса. «Старожилы», которые в два раза дольше меня занимаются сельским хозяйством, говорят, что так было всегда: готов тянуть – тяни, не готов – не тяни.

– Вы, судя по всему, готовы. Что Вами движет – любовь к земле?

– Скорее, любовь к своему труду, ко всему, что нам дает земля. А просто любить землю мало, нужно с ней работать, понимать ее, слышать, быть гибким, принимать какие-то зачастую рискованные решения, чтобы добиться результатов. И да, без любви к земле это невозможно.

– Аномальная жара отразится на посевах?

– Уже отразилась, невзирая на все наши усилия, перечень мероприятий, которые мы проводим. Экономика уже показывает минусы.
Этим летом мы на 37 % превысили планируемый уровень по препаратам химподдержки. Засуха – растения ослаблены, самостоятельно бороться с сорняками не могут. Чтобы помочь им, нам приходится увеличивать дозировки удобрений, гербицидов.

Это еще больше угнетает растения, а сорняки в два раза более выживаемы.

Кроме того, любой гербицид работает при температуре до 25 градусов. При 26, 27 уже идут испарения, идет недоработка. А у нас в восемь вечера плюс 28. Позже выходить в поле нет смысла, потому что в три часа уже выпадает роса, она смывает препарат. Поэтому увеличиваем дозировки, теряем 20–30 % действующего вещества.

– А оросительные системы, почему Вы их не используете? Это дорого?

– Оросительная система – это целая отрасль в сельском хозяйстве. И сегодня на уровне Куйбышевского, Барабинского, Здвинского районов их просто нет. Все, что нам осталось с советских времен, выкопали и сдали во вторчермет. В масштабах одного фермерского хозяйства это невозможно сделать.

Поэтому, если в 2027 году нам удастся сохранить сегодняшние объемы севооборота в районе, уже будет здорово. Главное – эти обороты не потерять. По парам (полям, временно освобожденным от посевов) мы, к сожалению, уже немного теряем. Мое хозяйство планировало три тысячи гектаров в пары, но из-за всех этих непонятных ситуаций с дизтопливом, с человеческим фактором мы решили проект остановить. Мы на пары вообще не выходим. Потому что пары – это три механических обработки, четвертая – химия.

Первую мы можем, допустим, сделать. Две остальные не получится, лимит по дизтопливу не позволяет. Хочется, конечно! Это приятно, это красиво, когда вокруг все зеленое, а тут – черные ровненькие поля, глаз радуется. Но как к этому прийти?

– Районная администрация, Минсельхоз как-то помогают Вам в решении проблем?

– Да! С администрацией у нас постоянный телефонный контакт, взаимодействуем через группы, чаты. Но важно не только взаимодействие, скорость реагирования важна. И, надо отдать должное, нас (фермеров) поддерживают, помогают.

Вот сейчас согласовали лимиты по дизтопливу. Исходя из этих объемов, я уже планирую, какие работы могу провести, имея столько-то солярки, что-то неосновное оставлю, отодвину. На этот год нет задачи развиваться, есть задача просто выжить.
Проблем много, они касаются не только топлива, но и оформления земель, получения льготных кредитов. И тут отцы-командиры в лице министра сельского хозяйства, местных руководителей про нас не забывают.

– Получить льготный кредит сложно?

– Сложно тому, у кого были какие-то проблемы – просроченные платежи, арбитражные суды, конечно, служба безопасности проверяет. Мы получаем, и я считаю, это и есть помощь.

– Вопрос кадров для Вашего хозяйства по-прежнему актуален?

– Я вам больше скажу – это главный вопрос. Кадровый голод сегодня настолько силен, что, если мы в течение пяти лет ничего не сделаем, работать будет некому, уже сейчас не хватает механизаторов, основной возраст сотрудников 50+. Молодежь идти на село, к сожалению, не хочет, предпочитая город.

Я 15 лет назад считался самым молодым фермером и сегодня остаюсь самым молодым. А за мной – никого.

Аграрный университет (НГАУ) переименовали в Университет инженерии и биотехнологий. Выпускают 15 агрономов и столько же ветеринаров. Одних забирают ветеринарные клиники, других – агрохолдинги, химпроизводства, механизаторы все идут в лизинговые компании. Вопрос только в том, для чего они будут работать, для кого, если мы закроемся?

Наша задача, я считаю, каким-то образом затянуть молодежь обратно в деревню. Как это сделать – не знаю. Раньше я думал, что передовая техника, хорошие зарплаты могут привлечь специалистов, но оказалось – нет. Молодые люди ищут, где лучше, а в поле нужно работать. И не день через три – в поле так не получится. Тут каждое растение требует твоего внимания – постоянного анализа, контроля: что ему нужно, как оно себя ведет, что пытается сказать, кто на него прилетел…

– И все же специалисты в Вашем хозяйстве есть. Кто они?

– Наталья Владимировна Захарова, зоотехник, без преувеличения единственный в районе с таким опытом и знаниями, – мой соратник. Она помогает мне с 2016 года. Во многом благодаря ей в моем хозяйстве еще остались какие-то животные. Она болеет за них.

В этом году мы обрели профессионала с колоссальным опытом – Александра Ивановича Саленко. Он приехал из Краснозерского района. И в лице этого человека мы получаем опыт лучших, а я считаю, Краснозерский район – гораздо опытнее, чем мы. С приходом Александра Ивановича я перестал постоянно ездить на поля, это уже достижение.

И вообще в этом году я научился делегировать. Это непросто, если привык все контролировать, во все вникать. Но постепенно перестраиваюсь, начинаю смотреть на какие-то вещи со стороны, передавать часть работы профессионалам.

– Но поля, тем не менее, засеяны. На что делаете ставку в этом году?

– В этом году подсолнух – единственная культура, которая притормаживает, но радует. Подсолнечник – культура уникальная. Сейчас многие фермеры вводят его в оборот.

В прошлом году мы из-за погодных условий часть подсолнечника оставили на весну. Весной дождались, когда все высохнет, и только тогда запустили комбайн. А когда посчитали, оказалось, убытки при потере от комбайна компенсировались расходами на элеватор и весенней ценовой политикой.

Опять же надо понимать, и, возможно, кому-то этот опыт пригодится, если ты вынужден оставить подсолнечник на весну, надо делать фунгицидную обработку обязательно и ни в коем случае не применять в зиму дизикамб.

– Что еще удалось сделать в этом году?

– Мы дооснастили МТЗ (минские тракторы) по последнему слову техники, поставили подруливающие устройства, кондиционеры, GPS-трекеры, то есть можно теперь забить кадастровый номер поля в трактор, и механизатор нажимает кнопку – навигатор ведет его.

Трактор, по сути, сам едет, это дает ровность посевов, экономию химпрепаратов, которые используются при прополке и обработке.

Кроме этого, отремонтировали складские помещения, перекрыли две крыши.

С нашими перепадами цен на сельхозпродукцию, особенно на продукцию растениеводства, наличие складов и сушилок – самое главное.

Ну и подход к удобрениям изменили. Вот сегодня приехал агроном из Новосибирска. Мы проехали с ним по полям, и по каждому он дал конкретные рекомендации: применять химию – не применять, есть смысл – нет смысла. Карты земель давно не обновлялись, но сейчас по федеральному проекту специалисты Баганской станции берут почву на анализ, и он показывает, каких элементов в ней не хватает. Это и экономия, и бережное отношение к земле. Потому что, возможно, какие-то удобрения не нужны, а мы вносим их по рабочей схеме, и все растет отлично, но земля истощается, и потом какое-то время на ней вообще ничего расти не будет.

– Вячеслав Юрьевич, сегодняшний фермер отличается от фермера десятилетней давности?

– Конечно, сегодняшний фермер – это предприниматель, кто не просчитывает, кто не рискует, тот ничего не добивается.

Знаете, я в этом году весь район объехал – у нас все земли освоены, нет у нас сегодня брошенных земель. Это очень приятно, но за этим стоит огромный труд фермеров, наших земляков. И хотелось бы, чтобы молодые люди поняли это, поняли, что земля, которая нас кормит, не может обойтись без нашей заботы, нашей работы с ней. Что работа на земле – самое трудное, но самое благородное дело.

Я поздравляю Барабинский район с юбилеем, у меня здесь все – друзья, коллеги, любимое дело. И я верю, что у района огромный потенциал и большое будущее.