Щедрость собачьего сердца

Фото Павла Разуваева

В Новосибирске открылся центр психологической помощи онкобольным детям «Добрая Дора». Справиться с последствиями длительного и болезненного лечения здесь помогают собаки.

Собакотерапия

Бордер-колли Агат пришёл в гости к ретриверу Доре впервые. И сразу понял, что здесь ему рады, и здесь ему будет хорошо. Шпиц Арни, как и полагается его породе, встретил новичка радостным заливистым лаем, и они сразу подружились. А дети и взрослые в центре канистерапии «Добрая Дора» с первой же минуты были рады с ним поиграть.

— Агату два с половиной года, — рассказывает хозяйка Агата Виктория Питерская. — Я не скажу, что это самые умные собаки в мире, но то, что они самые обучаемые – это точно. Нас позвали, потому что Агат хорошо подходит для такой работы вместе со здешними собаками: у них схожие темпераменты.

Виктория учится на ветеринара. А ещё – занимается кинологическим спортом. И Каргат тут же, на радость публики, продемонстрировал несколько трюков, которым его научили.

Центр «Добрая Дора» создан благотворительным фондом «Завтра будет» совместно с центром зоотерапии «Дверь в лето». Его деятельность направлена на психологическую и социальную реабилитацию детей и их родителей во время и после прохождения лечения от онкологических заболеваний. «Лечение» собаками называется канистерапией (от латинского сanis — собака и греческого θεραπεία — лечение). Канистерапию давно и успешно используют в медицинской и социальной реабилитации. Разработана своеобразная психотерапевтическая методика, способствующая развитию умственных и эмоциональных способностей, улучшению двигательных функций и моторики. Общение с собаками усиливает эффективность развития личности при коррекции, реабилитации и социальной адаптации детей с особенностями развития. Существуют, например, программы для слепых и слабовидящих детей, помогающие восстановить их общее развитие, повысить интерес к познанию внешнего мира, социализацию, улучшить эмоциональное состояние.

Дора — не врач, но жить поможет

Золотистый ретривер Дора – уже опытный «врач». Она пять лет помогала детям в Омске справиться с повышенной тревожностью, страхом перед возвращением в детский сад или школу после болезни, преодолеть недоверие к незнакомым людям. После переезда в Новосибирск её хозяйка Юлия Соболева решила открыть центр канистерапии и здесь. А до этого Юлия работала журналистом в омской редакции одного из федеральных СМИ.

Юлия Соболева и её собака Дора

— Почему ушли из журналистики? – Спрашиваю у неё, пока собираются гости, приглашённые на открытие центра.

— У меня появилась самая добрая собака в мире, и я увлеклась кинологией, — рассказывает Юлия. — И тут учредитель нашего издания решил закрыть омский филиал. Мне предлагали другую журналистскую работу. И я поняла, что появилась возможность решить: всю жизнь писать, о том, что происходит у других, или сделать что-то своё. И я занялась собаками. Оказалось, что канистерапия — захватывающее дело. Конечно, чтобы открыть такой центр помощи детям, мне пришлось выучиться на психолога. А чтобы работать с детьми с особенностями развития, стала ещё и дефектологом. Потом я выучилась ещё и на онкопсихолога. Что же касается канистерапии, мы создавали свою терапевтическую методику практически с нуля. Ездили в Питер и Москву – посмотреть, что делают коллеги. И поняли, что будем работать по-другому. Я очень рациональный человек, и меня мало интересуют занятия, как говорится, ради занятий. Поэтому мне хотелось включить собаку в психологическую работу с детьми так, чтобы от этого была максимальная польза для ребёнка. Иначе зачем тащить это лохматое животное к детям, если, по сути, можно обойтись игрушками?

Забыть больничный ад

В Омске центр канистерапии Юлии Соболевой продолжает специализироваться на помощи детям особенностями развития. В Новосибирске она познакомилась с Ксенией Алёшиной. 

В итоге был зарегистрирован фонд под названием «Завтра будет». Его специалисты оказывают не только психологическую помощь, но включаются в решение финансовых проблем, которые зачастую возникают при дорогостоящем лечении.

Собаки обладают некоторыми качествами, сходными с человеческими: эмоциональностью, способностью выражать свои переживания действиями, звуками, мимикой, реакцией на коммуникативные инициативы людей. Кроме того, они легко обучаются вербальным командам и охотно им подчиняются. Огромную роль в канистерапии также играет тактильное взаимодействие с собакой-терапевтом. Естественно, для такой работы отбирают собак с определённым типом психики, устойчивой нервной системой и желанием взаимодействовать. Все собаки, естественно, проходят специальный курс обучения и тестирования, прежде чем их допустят до работы. Это позволяет эффективно использовать собак в реабилитации пациентов с особенностями развития, нарушением моторики и двигательной активности.

— Собака выстраивает с человеком совершенно уникальные отношения, — уверена Юлия Соболева. – Дети с онкозаболеваниями, например, на долгое время оказываются изолированными практически ото всех. Сначала они около года лежат в больнице. Затем – в ходе поддерживающего лечения – они заперты в квартире. Им нельзя посещать торговые центры, кинотеатры и любые места с большим скоплением людей. При этом они ведь походят очень жёсткое, болезненное лечение. Всё это очень сильно меняет детей психологически. Увы, многие взрослые этого не понимают. Когда мы пытались найти финансовую помощь для открытия нашего центра и ходили ко всяким «серьёзным» дядям и тётям, то убедились: люди просто-напросто не представляют все психологических проблем наших маленьких пациентов. Я, скажем, рассказываю, что ребёнку после такого лечения нужно помочь справиться с депрессией, а мне отвечают: «О чём выговорите?! У детей не бывает депрессии!» Мне порой кажется, что у таких людей – амнезия: они забыли, как трудно быть детьми, и что дети переживают возникающие проблемы во стократ тяжелее, чем взрослые. А ведь у детей — отнюдь не детские проблемы самоопределения: найти дружбу, любовь, обрести смысл жизни. И когда ребёнок после всего этого больничного ада знакомится с собакой, в его жизни появляется друг, который принимает его безусловно, не интересуясь его диагнозом. И ребёнок начинает играть с собакой, кормить её и – любить. Во время такого общения мы в центре поднимаем в общении с маленьким пациентом те вопросы, которые он не может задать взрослым, даже самым родным, людям. И отвечаем на них, если можно так выразиться, на образном уровне: через игру, через рисунок, через сказки.

Вернуться в мир без боли и одиночества

Арт-терапевт и клинический психолог Екатерина Ефимова три года работает с детьми с особенностями в развитии: ребятами с аутизмом, с ДЦП, синдромом Дауна. Узнав о центре канистерапии, она заинтересовалась новой для Новосибирска методикой помощи детям и пришла познакомиться. Так в центре появился ещё один увлечённый своим делом специалист.

Слева направо: Агат, Дора, Арни

— Дети, которых приводят в наш центр, прошли гигантский, тяжелейший путь к нормальной жизни, — говорит Екатерина Ефимова. — И несмотря ни на что, они остаются смелыми, честными, открытыми. Мы работаем с ними, в основном, на эмоциональное развитие. Но часто бывает необходима терапия и на развитие высших психических функций. Поскольку после химиотерапии нередко происходят изменения, например, в мышлении, в концентрации внимания. Им нужны новые силы для того, чтобы вернуться в жизнь без больницы, без лекарств, без боли, без одиночества.

Обрести новые жизненные силы, уверена Ефимова, очень хорошо помогает общение с собаками. Ведь им неведомы ни зависть, ни корысть, ни подлость. Собака не умеет дружить понарошку или с задней мыслью. И дети моментально откликаются на искреннюю любовь четвероногих питомцев центра. Конечно же, и в сеансах арт-терапии индивидуальный подход – к каждому ребёнку.

— Кому-то, например, необходима краска: материал тягучий, растекающийся. В чём-то – даже непредсказуемый: в какую сторону растечётся капля краски? Это – для тех ребятишек, которые слишком напряжены и им нужно расслабиться. А те ребята. Которые в эмоциональном смысле более раскованы, с ними я использую, к примеру, карандаши, фломастеры. Всё то, что будет твёрже по своим свойствам, — поясняет Екатерина. — Арт-терапия – не терпит жёсткости, это очень мягкий, ненавязчивый способ психологического лечения.

На столе в одной из комнат центра заранее разложены разноцветная бумага, пластилин, картон, клей. И Екатерина начинает занятие.

— Сегодня каждый из вас сделает маску своей злости, — предлагает Екатерина.

Андрей сразу начинает делать злую маску в буквальном смысле слова. Мальчик оставляет прорези для глаз в розовой гофрированной бумаге и прячет в неё лицо. Для него это, скорее игра, а не серьёзный психотерапевтической сеанс.

«Мы выходили к карусели, пока все дети спят»

А вот Дарья Семёнова подходит к заданию более основательно и усердно рисует ей одной понятные образы. Девочка приходит в центр часто. Её мама – Ирина – пришла сюда работать после того, как её дочери в два с половиной года диагностировали лейкоз – рак крови.

— Это случилось совершенно неожиданно, — вспоминает Ирина, — дочка росла абсолютно здоровой. Внезапно ей стало плохо, Дашу увезла скорая помощь. И в итоге ей поставили онкологический диагноз. Нам сразу сказали, что лечение в больнице – полгода, а поддерживающая химиотерапия займёт около полутора лет. Но лечение оказалось более длительным, потому что у Дарьи случился отёк мозга, она впала в кому. Она была, можно сказать, в состоянии младенца. Но знаете, мне показалось, что она очень быстро восстановилась благодаря своему врождённому жизнелюбию. Ей всё вокруг интересно. И она снова начала ходить. В этом году ей сделали УЗИ и сказали, что внутренние органы у неё уже, как у здорового ребёнка. То есть от последствий химиотерапии удалось полностью избавиться. А вот психологических последствий осталось ещё очень много. Например, она очень боится даже упоминаний о больницах или врачах. Недавно мы лечили свою собаку, так Даша впала в нешуточную панику: вдруг наша маленькая спаниелька будет так же долго лежать в больнице.

Даша Семёнова с мамой Ириной

— Скажите, после того как вы стали с дочкой посещать этот центр, поведение дочери начинает меняться в лучшую сторону?

— Поведение, вроде бы, не изменилось, но она этой идеей прониклась, говорит: мама, я буду твоим помощником.

До того, как устроиться в центр, Ирина Семёнова работала маркетологом ресторанных компаний. И с переходом в центр в зарплате, как она сама признаётся, — потеряла. Но ведь главное для Ирины – здоровье дочери.

— Даша – на так называемом семейном образовании, учится дома, — поясняет Ирина. – Если она будет ходить в школу, ей просто не будет хватать сил ни на что другое. А ей так хочется заниматься всем подряд! Но она быстро утомляется. Вот в центре она и получает всё то, чего была лишена больше двух лет. Ведь ей даже после больницы было ничего нельзя: ни с детьми во дворе поиграть, ни в какой-нибудь кружок записаться. Выходили с ней погулять рано утром, пока остальные дети спят, чтобы она хоть немного покаталась на горках, на каруселях.

Завтра — будет

Несмотря на то, что центр «Добрая Дора» только-только начал работать, в него уже записались около семидесяти семей. Помогают здесь не только детям, но и родителям, чьи дочери и сыновья не смогли победить болезнь.

Ксения Алёшина

— В нашем центре работает первая в Новосибирске психотерапевтическая группа для родителей, которые потеряли своих детей, — рассказывает исполнительный директор благотворительного фонда «Завтра будет» Ксения Алёшина. – Собираемся мы заниматься и развитием паллиативной помощи в Новосибирской области. У меня давно появилась мечта оказывать помощь онкобольному ребёнку от самого начала заболевания до полного выздоровления, как физического, так и психологического. При этом важно понимать, что людям, оказавшимся в такой тяжелейшей жизненной ситуации, когда болеет их ребёнок, крайне необходима зачастую даже не материальная, а простая человеческая поддержка. Для этого, в том числе, мы и работаем.

Фонд «Завтра будет» и центр «Добрая Дора» уже добились взаимопонимания с представителями местной власти и общественными организациями. Помощник уполномоченного по правам ребёнка в Новосибирской области Татьяна Богомолова подтверждает, что совместная работа со специалистами фонда позволяет помогать больным детям и их родителям в самых неожиданных кризисных ситуациях.

— Мы вместе с ними разбираемся в обращениях родителей онкобольных ребят, — говорит Татьяна Богомолова. – К примеру, в период коронавирусных ограничений даже в больницу к детям сотрудникам фонда и центра не попасть. Пришлось делать обоснованный запрос в Минздрав региона, чтобы нам разъяснили, при каких условиях можно всё-таки навестить маленьких пациентов. Ведь иначе представители общественной организации даже не могут поздравить детей на Новый год.

Пока мы разговариваем, дети играют с собаками. Им не до взрослых серьёзных бесед. И вот уже Юлия Соболева приглашает на мастер-класс по канистерапии. Дора, Арни и Агат – тут как тут.

— Сегодня мы попробуем добраться в тот кусочек своего мозга, — говорит Юлия, — куда мы сами заглянуть не можем и в который наше сознание не очень-то и хочет забираться. Собаки нам помогут.

Поделиться:

Добавьте нас в источники на Яндекс.Новостях

Если вы хотите, чтобы ЧС-ИНФО написал о вашей проблеме, сообщайте нам на SLOVO@SIBSLOVO.RU или через мессенджеры +7 913 464 7039 (Вотсапп и Телеграмм) и социальные сети: Вконтакте, Фэйсбук и Одноклассники

Новости партнеров:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *