«Пришлось познать все «прелести» войны»

Это строчка из стихотворения Владимира Васильевича Сбоева, инвалида Великой Отечественной войны, кавалера боевых орденов и медалей, учёного, кандидата технических наук, доцента, почётного члена Совета ветеранов НГТУ НЭТИ. В 2010 году он написал книгу «Из воспоминаний рядового пехотинца».

 

Ветеран Сбоев в молодости

— 22 июня 1941 года я вряд ли смогу забыть, — вспоминает ветеран, инвалид Великой Отечественной. — Я в то время учился в техникуме связи на радиоотделении. Мне было 15 лет, и нам тогда казалось, что наши войска быстро разгромят захватчиков, мы ещё не знали, как хорошо была подготовлена Германия к этой войне.

Вместе со сверстниками Владимир Сбоев бегал в военкомат, сильно хотел пойти добровольцем на фронт. Но взрослые дяди в военной форме не воспринимали всерьёз порывы мальчишек, а просто советовали им идти и хорошо учиться. Хотя, кроме патриотизма, у нашего героя была хорошая спортивная подготовка.

В Новосибирске в то время был лагерь Осоавиахима с самодельным аэродромом и парашютной вышкой, там тренировались планеристы, и многие мальчишки буквально мечтали стать лётчиками. Ещё в 14 лет Володя Сбоев пытался поступить в авиационное училище, но не прошёл по возрасту и росту. И тогда он собрал волю в кулак и пошёл к директору Новосибирского электротехнического техникума связи, взял с собой самодельные радиоприемники и убедил того разрешить сдать приёмные экзамены на радиоотделение. И сдал. Чувство упорства в достижении цели было у парня в крови.

Когда началась война, а в военкомате дали от ворот поворот, он решил упорно учиться и готовиться дальше. В 17 лет, в январе 1943 года, ему пришла повестка в Киевское военное училище связи, где, пройдя ускоренный курс молодого бойца, он вместе с другими курсантами был отправлен на Калининский фронт. Был сентябрь 1943 года… взрывы, страх, грязь, гибель товарищей. Война есть война.

У Владимира Сбоева есть стихотворение о войне, небольшое, но пронизывающее своей болью потери друзей:

Совсем еще мы были пацаны,
Пришлось и нам познать
все «прелести» войны.
Я до сих пор несу вину свою.
Один тогда остался я в бою.
Я не могу забыть друзей своих.
А за полгода был Малков убит,
Лев Штейнберг ранен
в голову, Чвелёв в живот.
Один встречал я Новый год…

В 2010 году Владимир Васильевич написал мемуары «Из воспоминаний рядового пехотинца». После войны многие ветераны старались вычеркнуть из жизни те годы, не вспоминать испытания, нечеловеческие условия, потери. Но если не рассказывать о тех событиях молодёжи, то как вырастить настоящего гражданина страны, патриота? Сбоев непосредственно участвовал в боях, и ему есть о чём рассказать.

Он прошёл путь от простого солдата-пехотинца до командира отделения, был связистом Калининского и Прибалтийского фронтов, пулемётчиком, курсантом курсов младших лейтенантов пулеметного взвода 59-й армии Первого украинского фронта, патрульным ЗКЭТ ст. Сарны в Западной Украине, гвардии рядовым 63-го отдельного гвардейского батальона связи.

Все мы — инвалиды войны

Из роты Сбоева после войны нашлось всего четыре человека. Остаться живым в таких условиях — великая удача.

«Мы были семнадцатилетними добровольцами и поэтому воевали добросовестно, в полную силу своих физических возможностей. Но кто-то погиб во время бомбежки эшелона и пересыльного пункта в Торопце. Кто-то на марше при переходе к переднему краю, а кто-то и в траншеях перед первой атакой. Нам повезло. Мы остались живы. Но все мы — инвалиды войны», — вспоминает ветеран в своей книге.

Об этом забыть невозможно

События в Польше ветеран войны вспоминает с болью в сердце. И рассказывает на встречах с молодёжью.

«Там был лагерь для детей, стариков, взрослых, уничтожение которых велось по строгому графику. Обречённых заводили в баню — газовую камеру и стригли. «Они не знали, что их ждет. «Санитары» и «банщики» закрывали наглухо двери и в специальной люк вбрасывали в банках яд «циклон». (…) Трупы сжигали, и после этого заводили новую партию. Так было уничтожено более миллиона человек. (…) До сих пор, когда вспоминаю об этом, волосы становятся дыбом. А вот некоторые об этом забыли»

День Победы

Победный май 1945 года стал переломным в мировой истории. Советские войска были в Берлине, Гитлер покончил с собой. Но фашисты готовились «задавить» Прагу. И для наших солдат Берлинская операция переросла в Пражскую и Чехословацкую. Поэтому слова поздравлений с Победой и боевые 50 граммов ждали Владимира Васильевича чуть позже. …

— 12 мая мы вернулись в казармы. Нам крупно повезло. Мы остались живы. Мы победили. А вот салютовать, как следует, нам 9 мая не пришлось. На следующий день было торжественное построение. Мы прошли мимо трибуны строевым не очень чётким шагом. Мы дружно кричали «Ура!» Столовая вся задребезжала и чуть не развалилась, это было — как вчера, — говорит ветеран.

После войны, в 1954 году, Владимир Сбоев пришёл в новосибирский электротехнический университет (сейчас НГТУ НЭТИ) и проработал там 40 лет. Был в том числе и деканом одного из факультетов. Но и будучи на заслуженном отдыхе, он преподавал в родном институте ещё более 10 лет и работал в совете ветеранов, вёл и по сей день ведёт активную общественную работу.

Если ружьё «висит» на стене…

С Владимиром Васильевичем редакцию, к сожалению, свела не очень приятная ситуация. На календаре 25 февраля 2021 года. К 95-летнему участнику войны нагрянули сотрудники полиции и предъявили обвинение в незаконном хранении оружия. Навыки охотника нашему герою привил отец ещё в детстве. Он же ему подарил первое оружие — винтовку времён Первой мировой войны.
Отцовские советы не раз выручали Сбоева на фронте и спасали ему жизнь.

— Я мальчишкой ещё научился стрелять навскидку, и это мне несколько раз спасало жизнь на фронте. Потом своё оружие приобрёл, два ружья, они у меня более 50 лет, —рассказал ветеран войны, — а тут такая незадача.

Сбоев — заядлый охотник, и даже в прошлом году, получив охотничий билет, он выезжал на природу пострелять. Но в начале 2021 года ветеран сильно приболел, врач советовал не выходить из дома, да и сил заниматься продлением разрешения на хранение оружия у старого человека не было. Вот поправлюсь и займусь этим вопросом, решил он, и … попал в список злостных нарушителей закона.
— Раньше у моего знакомого как-то была просрочка больше месяца — с него просто взяли объяснение, сделали замечание и позволили оформить бумаги. У меня просрочка 10 дней, да и полиция не предупредила — раньше они за месяц до окончания срока присылали извещение, мол, нужно продлить разрешение. А тут сразу сами пришли, это было 25 февраля, — с дрожью в голосе рассказывает Владимир Васильевич.


«Ночью над нами слышен гул тяжёлых немецких самолетов, которые летят бомбить Москву и другие города и станции в тылу. Отступать некуда. Необходимо наступать и обязательно побеждать. (…) «Иван» должен быть хитрее и выносливее «фрица». Вот почему для победы надо забыть всякое шапкозакидательство, бахвальство, пижонство и пренебрежение силами и возможностями противника. Главное — не паниковать ни при каких условиях, и если так уж получится, то отдать свою жизнь как можно «дороже». Надо забыть призыв — «последнюю пулю для себя». Последней пулей ты должен уничтожить еще одного фашиста, а уж потом вступать в единоборство. Для этого нас и учили приёмам рукопашного боя и боевого самбо. Такая в то время была арифметика войны для нас»
(отрывок из книги В. В. Сбоева «Из воспоминаний рядового пехотинца»)


Издевательство или неуважение к фронтовикам?

Давление на фронтовика началось прямо с порога. С первых слов блюстители порядка предупредили пожилого человека, что если тот им дверь не откроет, то в соответствии с законом о противодействии терроризму они вызовут ОМОН и взломают дверь (запись разговора с ветераном Сбоевым В. В. имеется в редакции).

— Конечно, я сразу открыл дверь. Милиция есть милиция, а я законопослушный гражданин, — волнуясь, рассказал Владимир Васильевич. — Они прошли в комнату, ведь стоять в коридоре мне было тяжело. Сказали, что у меня на 10 дней просрочено разрешение на хранение оружия.

Пыл нежданных визитёров спал после того, как они увидели стенд в честь 95-летнего юбилея, где на фотографиях ветеран в кителе с медалями на всю грудь. Но оформлять на месте объяснение и протокол об изъятии оружия почему-то не стали.

— Они пригласили меня на следующий день привезти оружие к ним и дать там объяснение. Потом поздравили с прошедшим праздником (с Днём защитников Отечества. — Прим.ред.) и уехали», — продолжил рассказ ветеран.

И наш законопослушный Владимир Васильевич, собрав все силы, поехал на общественном транспорте с пересадками в отделение. Но без оружия.

— Отец приехал к ним. Хорошо, что без оружия, понимая абсурдность ситуации — тащить два ружья через полгорода в общественном транспорте, когда тебе 95 лет, — включился в разговор сын ветерана Константин Владимирович. — Отец написал там объяснение, и его отправили обратно домой. А через полчаса они приехали к нему домой изымать оружие! Не подвезли до дома, а ждали, когда отец сам доберётся! Что за отношение к людям, к нашим ветеранам?

В подразделении разрешительной службы, по словам Константина Сбоева, отцу дали несколько документов, в том числе — повестку в суд. Что пережил пожилой человек за эти двадцать дней — сложно передать. Люди старшего поколения прекрасно понимают, о чём речь, стать фигурантом судебного дела — это волнения, переживания. Вот чего не хватает, видимо, по мнению людей в погонах, нашему ветерану — стресса, удара по нервной системе!

Закон на стороне ветерана

18 марта пенсионер приехал в суд. Заседание длилось недолго. Судья практически сразу озвучила решение: действия 95-летнего мужчины не подлежат рассмотрению в суде и какому-либо наказанию. Всегда веривший в справедливость российского суда гвардии рядовой Сбоев вышел из здания с чувством удовлетворения.

При этом весь необходимый пакет документов для продления разрешения на хранение оружия Владимир Васильевич уже собрал, пройдя в свои 95 с половиной лет медицинскую комиссию. Крепок наш ветеран. Кстати, оружие ему не просто дорого как память, этой весной он уже готов отправиться на охоту. Правда, для этого надо сначала вернуть домой в сейф такие родные два ружья.

— Мне сказали, что 31 марта мне выдадут решение суда. После этого я должен оформить документы на разрешение, заплатить по 500 рублей за ружьё. Тогда полицейские мне должны вернуть оружие.

Вроде в этой истории можно поставить точку, всё закончилось хорошо. Остаётся вопрос об отношении к нашим фронтовикам. Не красят нас такие случаи, особенно после присуждения Новосибирску звания «Города трудовой доблести» и всех слов о важности уважения и помощи фронтовикам, ветеранам великой Отечественной. Низкий им поклон за Победу!

Читайте также:

 

 

Поделиться:

Если вы хотите, чтобы ЧС-ИНФО написал о вашей проблеме, сообщайте нам на SLOVO@SIBSLOVO.RU или через мессенджеры +7 913 464 7039 (Вотсапп и Телеграмм) и социальные сети: Вконтакте, Фэйсбук и Одноклассники

Новости партнеров:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.