Музыка бересты: как полковник в отставке из Новосибирской области превращает «шрамы» березы в искусство

Художник из Новосибирской области Анатолий Троянов не рисует на обычном холсте – его полотна рождаются из самой сердцевины дерева. Он смог увидеть в кусочках бересты сюжеты для своих будущих картин и воплотить их в жизнь. А на днях в Новосибирском областном Доме народного творчества открылась выставка «Берестяные грамоты природы», где сибиряк рассказывает удивительные истории без слов – языком фактуры и цвета.

Родился художник в селе Крещенка Убинского района Новосибирской области, а спустя четыре года его семья переехала в село Нагорное Куйбышевского района, где талантливый мастер живет и сейчас. Желание рисовать было его неизменным спутником, но строгие армейские тропы не оставляли времени на творчество. Судьба вела его по этому пути три десятилетия: после школы он стал курсантом-инженером в Тюмени и дослужился до полковника. Потом возвращение к мирной жизни открыло новые горизонты. Сменив мундир на гражданскую одежду, он освоил сразу несколько профессий: был водителем, делился знаниями со студентами и преподавал в сельхозтехникуме, а также работал главным инженером в сельхозуправлении.

На вопрос, с чего началось его увлечение, художник сказал, что на этот вопрос сложно дать точный ответ. «Это как спросить у человека, в какой именно момент начинает биться его сердце – он просто не знает. Так же и здесь. Я не могу назвать имя того, кто дал мне первый импульс к творчеству, но знаю одно: этот механизм был запущен задолго до того, как я взял в руки карандаш, и остановить его уже невозможно, – говорит сибиряк. – Если копнуть глубже, то все началось еще в детстве. Эта страсть зрела где-то глубоко внутри, искала выход. Желание что-то создавать было всегда, оно просто ждало своего часа».

Он долгое время рисовал, но только для себя – в стол. Некоторые свои первые картины он до сих пор хранит дома, но никому не показывают – сам считает их неудачными. Нынешние работы – это уже третья итерация. Первая была немедленно отправлена в архив, вторую он тайком показал паре друзей. И лишь теперь, пройдя через сомнения и переделки, работы увидели свет. Хотя художник видит, что точка в ней так и не поставлена – этот диалог с холстом может длиться вечно.

Как рассказывает художник, время на полноценное занятие искусством у него появилось лишь после выхода в отставку. Анатолий Владимирович тогда начал брать уроки у профессионального художника, выезжать на пленэры в Куйбышев. «Это все помогает и в моем творчестве с берестой: учусь правильно держать кисть, чувствовать композицию и смешивать краски. Это мощный инструмент, который помогает создавать технически выверенные работы. Ведь у меня за плечами нет профессионального образования». В то же время гости выставок, в которых принимает участие Анатолий Троянов с акварельными работами, отмечают, что художник очень точно передает богатство красок, изменения освещения и атмосферы. Картины в технике «акварель» также вошли в экспозицию «Берестяные грамоты природы».

Практически каждый хоть раз в жизни разглядывал узоры березовой коры. Темные штрихи или полоски на белой коре иногда называют «шрамами». Только это не раны от ударов или болезней – это специальные образования. Через эти рыхлые участки с пористой тканью в дерево поступает кислород и выходит газ. Но для художника из Куйбышевского района эти «шрамы» – подсказка для сюжетов своих будущих панно. В кусочках природного материала Анатолий Владимирович видит памятники архитектуры, улицы любимого города, леса и поля, животных и птиц. Каждой своей работой он старается раскрыть красоту самой бересты и лишь потом дополняет образ темперными красками.

«Для своих картин я выбрал холст из бересты по нескольким причинам. Во-первых, это живой, природный материал. Природа – лучший художник, она уже создала уникальную фактуру, а я лишь добавляю к ней свои штрихи, помогая ей “договорить”, – говорит художник. – Во-вторых, меня завораживает сама суть этого материала. Береста – это настоящая летопись времени. Снимая один слой, ты видишь под ним другой, каждый со своим неповторимым оттенком и историей. В этих слоях запечатлена целая жизнь, эпоха. По сути, на этом холсте можно писать трактаты о времени и пространстве, ведь каждый год оставляет свой след. Это настоящее проникновение в историю».

Работа над берестяным панно – это настоящее таинство. Чтобы береста не деформировалась, ее полгода выдерживают под прессом. После этого начинается медитативный процесс: автор слой за слоем счищает поверхность, позволяя природному узору самому диктовать композицию. Лишь когда «холст» готов, он берет в руки кисти. Главный закон мастера прост: минимум вмешательства. Чем меньше красок коснется дерева, тем ценнее будет результат, ведь природу все равно не перерисуешь. Вглядываясь в темный узор на коре, он словно предчувствует скрытую в нем картину. Задача художника – лишь проявить этот образ, приложив руку к материалу и сделав тайное видимым для всех.

Сюжеты рождаются в тишине собственного воображения – автор черпает их исключительно из головы. Но стоит взять в руки кисть, как в диалог вступает сама природа. Она становится соавтором: помогает найти нужный цвет, подсказывает верную форму и направляет руку, когда идея начинает обретать плоть на холсте.

Порой творец идет еще дальше: среди его работ есть те, где он не добавил ни единого штриха, оставив природу полноправным автором произведения. Так родилась серия картин, которую Анатолий Троянов назвал «Музыка бересты». «В самой фактуре бересты скрыта абстрактная музыка – она будто жаждет вырваться наружу и зазвучать. Когда я снимаю слой за слоем, это напоминает партитуру: каждый новый уровень добавляет свой голос в общую симфонию цвета и времени», – говорит художник и отмечает, что найти бересту с готовой «музыкой» – большая редкость. Чаще всего кора не имеет ярко выраженных рисунков. Но иногда природа создает настоящие шедевры. «Я ничего особенного с ними не делаю: ни краски, ни доработки. Просто беру готовую фактуру и ставлю в раму. Именно эта естественная красота – самая ценная и лучшая из всего, что можно создать», – добавляет автор берестяных картин.

Среди его работ есть и миниатюры – особый мир, требующий ювелирной точности. К этому жанру он пришел не сразу: лишь когда рука набрала уверенную твердость и мастерство достигло нужного уровня, появилась возможность создавать такие крошечные шедевры с невероятной аккуратностью.

Для создания картин Анатолий Владимирович использует и другой уникальный природный ресурс – обожженную бересту. Он находит ее сам, отправляясь в леса на поиски упавших деревьев после пожаров. Огонь становится для него соавтором, оставляя на коре неповторимые узоры, которые ложатся в основу сюжета. Итогом такого «дуэта», например, стало панно «Дон Кихот». Одна из любимых работ художника. «Когда я беру в руки кусок горелой бересты, я чувствую ее историю. Это не просто материал, это шрам, оставленный огнем. В каждом черном узоре запечатлена боль живого дерева, его борьба и стойкость. Я воспринимаю этот процесс как диалог: природа дарит мне холст, преображенный трагедией, а моя задача – не навредить, а лишь проявить ту скрытую красоту, которая родилась из этого испытания», – говорит художник.

В мастерской Анатолия Владимировича хранится больше полусотни новых берестяных «полотен». Однако они пока молчат, ожидая той самой искры вдохновения. «Я жду, когда береста сама заговорит со мной», – признается художник. И этот диалог неизбежен. А значит, недолог тот час, когда ценители искусства увидят новые картины, в которых природная стихия обретает голос и сюжетную наполненность.

Фотографии Константина Кутузова