Владимир Тарасенко: возможность обеспечить людям достойную жизнь – лучшая мотивация

Психоневрологический интернат – это учреждение, где должна быть создана атмосфера уюта и тепла для абсолютно разных людей, к тому же имеющих разные диагнозы и судьбы, но каждому из них нужны забота и понимание того, что он кому-то нужен. Эти забота, понимание, организация комфортного проживания, качественного питания, медицинской помощи и прочие хлопоты – сфера ответственности директора Владимира Тарасенко.

– Владимир Николаевич, как давно Вы руководите интернатом, кем работали раньше?

– Я пришёл в соцзащиту из правоохранительных органов в 2011 году. Сначала возглавлял Дом ночного пребывания, потом в результате реорганизаций и присоединения к нему части отделений появился областной центр социальной адаптации граждан. Ну, а когда потребовался директор в Успенский интернат, министр принял решение о назначении меня на эту должность.

– Сколько людей находится под Вашей опекой?

– Изначально в учреждении было 700 человек, но в процессе реорганизации было добавлено 150, и в прошлом году открыли ещё одно отделение на 30 человек. Так что сегодня мы стали домом для 881 жителя.

– Как организован быт досуг Ваших подопечных, что является чем-то новым и уникальным и отличает Вашу организацию от других?

– Прежде всего, мы ставим перед собой цель обеспечить максимальную приближённость проживания к домашним условиям, а жизнь сделать насыщенной и интересной. Сегодня это возможно в том числе благодаря разным инновационным решениям. В этом году, например, мы первые в России ввели для своих подопечных формат питания «Шведский стол», в прошлом – вариативное меню. Мы практикуем туризм. То есть наши жители копят деньги – откладывают часть пенсий, зарплат, а затем едут в Новосибирск, снимают номера в гостинице (с сопровождающим, разумеется) и эти дни проводят в городе. Гуляют по вечерним улицам, катаются в метро, посещают крупные бизнес-центры, кафе и магазины. Всё это для них новое. Мы ведь располагаемся в сельской местности, в сосновом бору, на берегу реки, и эта красота природы для них привычна, а жизнь индустриального города – нечто совершенно противоположное, новое. Горожане едут отдыхать в село, а мы – наоборот.

– В обществе сформирован определенный стереотип о психоневрологических интернатах, и он, прямо скажем, не оптимистичен. А как на самом деле живут Ваши пациенты? Как проходит их обычный день?

– Как я уже сказал, мы придерживаемся концепции «Интернат – это дом». И эту концепцию воплощает как коллектив, так и сами жители. Их обычный день начинается как у всех – встали, позавтракали, кто-то пошел на работу, кто-то в магазин, кто-то в гости – у многих есть знакомые, друзья. Для многих проводятся занятия, кружки, прогулки. В распорядок дня входят в том числе гигиенические процедуры и прием пищи.

У нас есть отделение в формате общежития – 30 человек проживают на отдельной территории, условия приближены к обычному быту. После завтрака едут на работу в другой населенный пункт на общественном транспорте. Далее проходят проходную, переодеваются и идут на рабочее место – все по трудовому распорядку. Вечером возвращаются домой, занимаются домашними хлопотами и отдыхают. Все это направлено на то, чтобы у них формировалось ощущение того, что здесь – дом, а там – работа.

Вечером как правило ужинают, готовятся ко сну, совместно смотрят фильмы, передачи, играют в настольные игры.

– А какие-то обязанности непосредственно в интернате у Ваших подопечных есть?

– Конечно, для создания эффекта нужности и обеспечения занятости у нас есть график дежурства по помощи дежурным в пропускном режиме, уходовому персоналу – по уборке мест общего пользования, культорганизаторам – в проведении массовых мероприятий, и так далее. Нет ни одного мероприятия, где бы не участвовали наши жители. И они подходят к своей работе с особой ответственностью, знают все требования, обязанности, строго их выполняют.
– Но 880 человек – Вы же не знаете их всех по именам?

– Нет, конечно. Идентифицировать каждого я не смогу, но кого-то в лицо знаю, кого-то по имени. Они меня знают все. Как в любой работе с людьми, здесь важно иметь обратную связь, чтобы понимать, что клиенту требуется. У нас же клиентоцентричность – мы стремимся удовлетворять потребности каждого.

– Ваши жильцы, прямо скажем, очень своеобразные.

– Разные. К нам попадают и директора крупных учреждений, колхозов, и руководители, и сотрудники силовых ведомств, и участники боевых действий. Кто-то в своё время занимал достаточно высокие посты.

– Есть какая-то статистика – представители каких профессий оказываются у вас чаще?

– Нет, такую статистику мы не ведём, но бытует мнение, что меньше всего психическим расстройствам подвержены учителя. Возможно, это связано с тем, что они постоянно находятся в процессе изучения чего-то нового.

– Говорить о психическом здоровье как-то не принято. Но наверняка есть меры профилактики психических заболеваний. Можете что-то посоветовать?

– Я не доктор, поэтому могу дать только общие рекомендации – гуляйте, высыпайтесь, избегайте стрессов. Часто говорят, что для сохранения функциональности мозга требуется тренировка, подобная тренировке мышц. Поэтому тренируйте мозг, ставьте перед ним сложные задачи, развивайте ассоциативную память, решайте сканворды, во время прогулок ходите разными маршрутами, за столом пользуйтесь вилкой.

– Владимир Николаевич, как Вы относитесь к современной тенденции разукрупнения ПНИ и сопровождаемого проживания, за которую сегодня выступают многие общественники?

– В этом направлении есть интересные практики, успешно работающие модели. Для себя мы как государственное учреждение попытались создать модель, при которой можно совместить максимальный комфорт проживания с минимальными финансовыми затратами.

Получилось отделение в формате общежития – по сути то же сопровождаемое проживание. Но на 30 человек у нас приходится всего 3 сотрудника.

Касаемо разукрупнения мое мнение – нужно создавать именно такие крупные учреждения, а внутри них специализации с ориентацией на уход. Это позволяет обучить персонал уходу за определенной категорией и обеспечить должный уход, своевременное оказание помощи с минимальными финансовыми затратами.

– А у вас такие группы есть?

– Да, есть. Мы территориально разместили их в разных отделениях. Например, «хулиганы», как их называет персонал – это очень шустрые, подвижные люди, их нужно постоянно занимать чем-то, чтобы направить энергию в нужное русло, и нельзя оставить без присмотра – это одно отделение. Второе – это тяжёлые больные, нуждающиеся в полном уходе, пожилые люди с деменцией, болезнью Альцгеймера. Третье – это обучающее отделение, где готовят к самостоятельной жизни и сопровождаемому проживанию, четвертое – люди, которые ранее были с высоким уровнем интеллекта. И к каждой группе мы организуем свой подход. Персонал «заточен» под каждую конкретную категорию.

– Мы говорим о жителях, но интернат – это ещё и техническая оснащённость, множество бытовых проблем. Как вы со всем справляетесь?

– Да, хозяйство хлопотное. У нас 4 пищеблока, 3 банно-прачечных отделения, три угольных котельных, две электрические, семь скважин, водонапорные башни… Не так давно решали проблему – построили в одном отделении комплекс очистных сооружений, а компании, которая могла бы этот комплекс запустить, не нашлось. Пришлось вникнуть самим, и благодаря командной работе комплекс заработал и показатели очищенной воды у нас сейчас выше, чем в реке, куда мы её сбрасываем.

– Владимир Николаевич, что мотивирует Вас на столь сложную и ответственную работу?

– Жители и мотивируют. Несмотря на их «особенности», мы можем обеспечить им достойные условия жизни.